Про кошку и собаку. Новый Год. Автор - Алексей Свешников. Осторожно мат.
- Новый год на носу, а у нас ни ёлки, ни оливье,- сказала собака. - Ёлка и ниебёт, – поддакнула кошка. Смотрю на них - натуральные засранцы. В переносном, конечно, смысле. С гигиеной у них почище чем у некоторых двуногих. А вот по части разводилова – это колбасой не корми! - Вы же майонез не жрёте?! - Нам ёлка нужна, а оливье это для тебя, чтоб спать помягче было. - Без намёков! Я пить между прочим, бросил. - От темы не отходим, вернёмся к зелёной красавице,- поправляет кошка. - Ну собирайтесь, пойдём за ёлкой. - Не, мы в тылу останемся. - Предатели! - Ёлки обычно возле станций метро продают,- намекает собака. - Метро, это под землёй,- подсказывает кошка. Делать нечего, пошёл в спальню. Одному-то идти не хочется.
Давно уже зима не баловала хорошей погодой. Всегда у нас слякоть под тридцать первое число. А тут как у Пушкина- мороз, солнце, день чудесный. Правда, это из окна. Бужу Марину. - Вставай подруга, труба зовёт. - Может хватит уже? Но без злобы, а с лучезарной такой, сонной улыбкой. - Не, за ёлкой пойдём. - У тебя одни ёлки-палки на уме. - Палки вечером,- говорю, - А утром – ёлки!
Морозец грызанул за щёки. И мы с Мариной бодро поскакали в направлении предполагаемого ёлочного базара. Кругом сновали, гружёные сумками, ёлками, и прочей хернёй, горожане. Я вообще не сторонник всего этого удалого размаха, с каким у нас принято праздновать что бы то ни было. Хотя новый год уважал. Было в нём что-то бесконечно домашнее и сентиментальное. Последние годА, правда, я банально просыпал торжественный бой курантов. И не по причине синевы, как могли бы предположить многие. Просто перестал относиться к этому моменту с детской надеждой на лучшее. Привычка быть кузнецом своего счастья слишком рано победила во мне Деда Мороза. - Вон там ёлки. Марина махнула рукой. Я послушно повернул на право, и через пять минут мы стояли среди множества кричащих детей, молчаливых ёлок, очумевших родителей, двух хачекянов и одной автомашины марки Жигули блевотно зелёного цвета выкрашенной маховой кистью. Это многообразие животного и растительного мира нашей планеты предстало передо мной во всей предновогодней красе. Мне стало немного тошно. - Ёлку подбери нам попушистее, - попросил я ближайшего ко мне продавца. - Э дарагой, всэ как на падбор! Я сплюнул, и покосился на Марину. Та напротив очень весело взирала на этот дурдом. - Тогда ты помоги, я буду добытчик, а ты критик. И шагнув в хвойную массу я вынул первую жертву. - Да ну,- Марина замахала руками,- Какая-то она драная как хвост у твоей собаки. Хорошо, что она не слышит, думаю, а то бы Марина запросто могла про себя что-нибудь новенькое узнать. Хотя конечно вряд ли, друг к другу они относились с взаимной симпатией. Когда через мои руки прошло ёлок двадцать, я убедился, что они действительно были «всэ как на падбор». А именно - уёбищные. - Вы их что, из бараньих рогов клонируете? В сердцах бросил я продавцу, выбираясь, по проделанной мною просеке, к Марине. - Ну чего делать будем? Спросила та. - В лес поедем. - За ёлкой? - Нет, за дедом морозом! - А разве можно рубить самим? - Тебе ёлка нужна или нет? - Мне не помешает, но вообще-то с ёлкой ты муть поднял. А точно ведь! Это же четырёхногие меня с панталыгу сбили. - Что, ни адна нэ падашла? Удивлённый хачекян подал голос откуда-то с права, из хвойных зарослей. - Полный дерибас с твоими ёлками. - Ай, нэправда, зачем абижаешь? ..Хули я с ним, . ом, разговариваю. подумал я и взяв Марину под руку порулил к дому.
На подходе, отдал ей ключи, попросив подогнать машину со стоянки. - Я зимой не ездила ни разу. - Попрактикуешься. - Да ну тебя, ещё не дай бог чего! - Хорошо, вместе пошли. Действительно, думаю, чего это я?
Сижу в машине. Марина вокруг порхала, сгребала снег, раскраснелась – согрелась видать. Дублёнку на заднее сиденье скинула. Натуральная снегурочка. Я же, злой на весь белый свет, замёрзший – кутаюсь в воротник как подмосковный немец. - У тебя телефон. А я и не слышу. Кому я ещё нужен? Смотрю, номер домашний. Ну, сейчас будет цирк. - Да? - Как там с ёлкой? На проводе кошка. - Мимо. Надо говорить, чтоб ещё Марина не пропасла, с кем это я там базарю. - Кто это? Ревниво затыкала она меня в бок. Ну вот, началось. - Вован это,- ей говорю. - Слышь, Зорге, мы тут с собакой чуть-чуть похулиганили. - Что там у вас? - Решили оливье забацать, и случайно всю колбасу схомячили. - ЧТОО?! - Марина аж подпрыгнула, как я заорал,- Там же кило с довеском! - Нам показалось с начала, что она подпорченная. И тему развивать нельзя, Марина беспокоится уже, снегурочку нельзя расстраивать – растает. - Ладно, я учту. Говорю как можно более равнодушно. Сам на Марину кошусь, та строит недовольные рожи. Пытаюсь жестами показать, что Вован на кочерге. Получается не очень. Рядом чувак какой-то тоже прогревается на «классике», на мою пантомиму смотрит через замерзшие стёкла с явной классовой неприязнью. - Давай теперь для легенды, про алкоголь чего-нибудь,- советует кошка. - Не, выпить ни как, извини Вован! - Скажи ему, что ты не пьёшь больше! - шипит на ухо Марина, - Он пьяный, он поймёт! Господи! Женщины хоть понимают, что они иногда говорят? - Не, не, я не могу, у меня, эта - абстиненция! - Попринимай трихопол! И захохотав кошка повесила трубку. Вот ведь сволочь! Ладно, сейчас вам будет ёлка с колбасой…
- Подожди в машине, я мигом. Тебе взять чего-нибудь? - Косметичку захвати. - Мы в лес едем. - Да шучу я, термос возьми с чаем. А вот это мысль! Я бы и не вспомнил о таком благе цивилизации.
Захожу в квартиру. Сидят перед дверями, вурдалаки. - Значит так, будете отрабатывать колбасу на лесозаготовках. - Это как это? Подозрительно спрашивает собака. - С кайлом в зубах. - А если поймают? - Скажу, что я у вас в заложниках. Рубил под угрозой расправы. - А с колбасой как быть? - А ну хватит ахинею нести, быстро собираемся! - Ты пилу возьми, стук топора издалека слышно, а пила почти не шумит, - советует кошка. Ну вот в кого они такие умные? - А влезет ёлка в машину? Собака тоже проявляет подозрительное участие. - Мы же не сосны корабельные едем валить. Рубанём что-нибудь в районе метра. - Жалко! - А колбасу не жалко? - Но и ты пойми, хотели-то как лучше! Я махнул рукой и полез за инструментом.
Машин на дороге было мало. Собака пялилась в окно, кошка дремала у Марины на коленях. Я настроил «климат», чтоб на неё дул горячий воздух и она откровенно балдела. Мы с Мариной, посмеиваясь, вспоминали наш неудачный поход за ёлкой, я как бы невзначай стал гладить её по коленке. Кошка сразу же недовольно зафыркала. Я рукой тёплый воздух перекрывал. Сказать бы ей что-нибудь, да боюсь ответит…
Отъехав прилично (от города), я свернул на какую-то лесную дорожку, благо снега на ней было немного. Пришлось углубиться на приличное расстояние, чтоб машину не было видно с трассы. Зимой, оказывается, лес так хорошо просматривается! - Так, я в лес, вы сидите в машине. - Может выпустить животных прогуляться? - Хорошо, только если что, ты их искать будешь. - Да они не убегут, я иногда думаю, что они у тебя всё прекрасно понимают. - Даже чересчур. Взяв пилу, я побрёл в лес. Вот как раз там то снега было достаточно. Ходил я наверное с час. Пару раз провалился в припорошённые окопы, матеря себя на чём свет стоит за неуклюжесть. Снег набился в ботинки. Елок не было. Нет, конечно ёлки были, но совсем не те, какие бы хотелось мне. Чтоб их везти нужен был лесовоз.
- Эй мужик, ты чего тут с пилой? Я обернулся на окрик. Двое деятелей в полушубках, на лыжах и с немецкой овчаркой. - Поссать пошёл. - Ага. Ёлку ищешь? При упоминании о ёлке собака зарычала. Натасканная видать. Надо бы её нейтрализовать на всякий случай. Я свистнул. - Чего свистишь? Мужики явно теряли спокойствие. - А вы то сами кто? - А сам не видишь? Патруль ёлочный, таких как ты ищем. Я лесник, а это, - тут он замялся показывая на своего кореша,- В общем тоже лесник. Вот блин, небось на весь лес только эти двое мудозвонов и патрулируют, и надо же было прямо на них нарваться. Чего ж им . ануть то? - Не ребята, я не ваш. И ёлки у меня тоже нет. - Давай, давай, оглобли заворачивай. Денег что ли не хватает на ёлку? Меж деревьев я увидел собаку. Она прыжками приближалась к нам, то проваливаясь в снег по брюхо, то выскакивая из сугробов как пробка от шампанского. Было это похоже на полёт ласточек перед дождём. - Это твоя бежит? Нервно выкрикнул один из мудозвонов. - Моя. Небоись, не укусит. - Да мы то не боимся, - усмехнулся он, - Как бы наш её сам не задрал. - Это вряд ли,- говорю. Собака подбежала и села с права. - У нас тут недопонимание, - её говорю,- Уболтай собрата по экологической нише, чтоб не кусал. Та кивнула и смело направилась к рвущемуся с поводка кобелю. - Слышь, держи своего, а то сцепятся! Закричали лесники. Последовала серия обнюхиваний и виляний хвостами. Иногда проскакивали какие-то не то порыкивания, не-то повизгивания. Наконец собака повернулась ко мне. - Порядок, нас не укусят, а эти двое, - она махнула мордой на лесников, - Просто на бутылку стреляют, ходят тут, лохов кошмарят. Юридических прав не имеют ни хуя. Лесник державший собаку аж поводок отпустил. Второй просто сел в сугроб с выпученными глазами. - Бля, завязываю, - прошептал оставшийся на ногах. - Ну чего, бириндеи, позвольте откланяться. Я развернулся и не спеша пошёл по своим следам к машине. Собака в скорости присоединилась ко мне. Незадачливые лесники оставались без движения, пока я их мог наблюдать меж веток и стволов. И только кобелёк жалостно поскуливал нам в след. - Охмурила, значит, да ещё и при исполнении, - подъебнул я собаку, - Не влюбилась сама-то? - Есть немножко… - Может вам, «чё-как» погулять пока? - Не, холодно, обещала, что летом заедем, так что с тебя причитается. - Замётано! А ты ведь сегодня хорошее дело сделала. - Какое? - Из-за тебя два человека пить бросили…
Марина дремала. Кошка балдела. Собака романтически молчала, думая видимо о лете. Ёлк