Глава 18 Роковая женщина или ангел во плоти?

В литературе о Полине Виардо преобладают два противоположных мнения. Первое состоит в том, что певица весь свой пылкий темперамент и все свои силы отдала искусству, оставаясь холодно спокойной по отношению к тем мужчинам, которые добивались ее взаимности. Следуя этой версии, можно сказать, что единственным мужчиной в жизни Полины был ее муж и отец ее детей, Луи Виардо. Такое толкование характера и натуры певицы опирается на ее «литературный» образ, воплощенный в романе Жорж Санд «Консуэло», где показана целомудренная и чистая девушка, преданная своему искусству, уклоняющаяся от излишних эмоций, органически чуждая «порочным страстям».

В своей книге о Полине Виардо Майкл Стин проводит именно этот взгляд: последовательно рассматривая каждого из претендентов на любовь певицы, он приходит к выводу, что она была верна Луи.

С другой стороны, из Полины делают Цирцею, приписывая ей многочисленные и порой странные связи. Камил Сен-Санс, частый гость в доме Виардо, писал в мемуарах об ее «бесчисленных изменах». В распространении слухов о певице преуспели и русские мемуаристы — беллетрист Боборыкин и художник Боголюбов. Боборыкин, рассказывая о своем посещении Дюма-старшего в Париже, приводит диалог с ним относительно Полины Виардо и Тургенева: «Знаете что, — сказал мне Дюма тоном бывалого и в точности осведомленного человека, — отзыв господина Берга меня нисколько не удивил бы (Н. В. Берг говорил, что вряд ли было между Тургеневым и Виардо что-нибудь серьезное).

— Почему? — остановил его я.

— А потому, — Дюма даже не понизил тона, — что Полина всегда имела репутацию любительницы… женского, а не мужского пола, (Типе… И он употребил при этом циническое слово парижского арго».

Слухи о «лесбийских» пристрастиях Полины, скорее всего, возникли в связи с ее необыкновенной и нежной дружбой с Жорж Санд. Но надо сказать, что, кроме Боборыкина, ссылающегося на Дюма, на эту тему ввиду ее неправдоподобия, серьезно никто не пишет. В единственном экземпляре встретился мне и слух, приводимый А. П. Боголюбовым (в Бадене): «…горькое испытание для Тургенева. M-me Виардо уступила своему цыганскому темпераменту и временно жила с принцем Баденским, от которого, как говорят, родился в свет известный скрипач Поль Виардо». (Эта смешная сплетня, подхваченная русским художником, курьезна еще и тем, что Поль Виардо родился летом 1857 года, то есть за пять лет до начала «баденского периода»).

Но следует сказать о муже Полины — Луи Виардо. Невысокого роста, с большим крючковатым носом, не красавец. Происходил из провинциальной семьи, его отец был либеральным адвокатом из Дижона, рано умерший, он оставил жену с пятью детьми в бедности. Луи должен был сам пробивать себе дорогу в жизни — сначала на адвокатской тропе, потом — на журналистской. В двадцать три года он уже служил в армии в Испании — французская армия реставрировала в Испании власть короля. Узнал язык, познакомился с испанской историей и культурой — впоследствии перевел на французский «Дон Кихота» Сервантеса. По своим политическим взглядам он был республиканцем, в бога не верил, но обожал охоту и охотничьих собак. Говорил, что слова «Да здравствует король!» произнес только однажды — при получении приглашения на королевскую охоту.

Тургенев написал о Луи в старости миниатюру в прозе под красноречивым названием «Эгоист». С добродушной иронией он отзывался о Луи Виардо и его непререкаемых (но замшелых) художественных вкусах Илья Репин, в молодости обретавшийся в Париже и сталкивавшийся с семьей Виардо во время работы над портретом Тургенева.

Полина, скорее всего, относилась к мужу очень уважительно. В одном из писем о Луи она рассказывала своему немецкому другу Юлиусу Рицу: «Луи и Шеффер (Ари Шеффер был лучшим другом Луи Виардо) были моими самыми дорогими друзьями, и печально, что я никогда не была способна ответить на горячую и глубокую любовь Луи, несмотря на всю мою волю». Удивительное признание. В сущности, Полина признается здесь в том, что никогда не любила мужа, ибо воля — плохой помощник в любви.

Вспоминая обстоятельства замужества Полины, а случилось так, что сосватала ее и Луи Жорж Санд, которой Виардо помогал в денежных делах после разъезда с мужем, до этого Луи успешно хлопотал о разводе для Марии Малибран, следовательно, семья Полины его хорошо знала. Восемнадцатилетняя певица только начинала свою карьеру, Луи был директором Итальянской оперы. И хотя, по-видимому, сердце девушки молчало, разум говорил, что Луи будет хорошей опорой как в жизни, так и в певческой карьере.

Луи Виардо, по мнению Жорж Санд, был идеальным супругом для Полины, чье сердце ко времени замужества еще не пробудилось. Сама Полина в письме тому же Рицу писала, что у ее мужа есть только один недостаток — отсутствие ребячливости, излишняя серьезность.

В этой связи прямой противоположностью «серьезному» Луи Виардо был «несерьезный» Тургенев. Он принимал самое непосредственное участие в шарадах, разыгрываемых в доме по вечерам, в домашних театральных представлениях: надевал на себя смешные лоскутья, ползал на четвереньках, в общем, входил в раж наравне с детьми. Луи Виардо во время представлений просто сидел среди публики, один лишь раз он сыграл Альцеста, главного героя комедии Мольера «Мизантроп».

В воспоминаниях старшей дочери Виардо Луизы рассказывается, как они с мамой подшучивали над «Туржелем», могли, например, с раннего утра подбросить в его комнату в Куртавнеле кур с ближайшей фермы. Такую шутку можно себе позволить, если рассчитываешь на понимание, на дружеский смех в ответ на проделку. Луи Виардо был лишен этой детской веселости и непосредственности, столь свойственной русскому писателю.

Случались ли в жизни певицы, которая, по собственному признанию, «неустанно жаждала перемен» и не хотела признавать над собой железного закона арифметики, душевные бури? Действительно ли брак Полины и Луи Виардо на всем своем протяжении не был ничем омрачен?

И опять обратимся к самопризнанию Полины. Она как-то написала Юлиусу Риду (после смерти Ари Шеффера он сменил его в качестве конфидента), что, если он хочет лучше ее узнать, пусть прочтет первую часть романа «Консуэло». Риц это сделал и спросил, кто скрывается за фигурой Андзолето.

И вот что ответила Полина: «Что до Андзолето… без Ари Шеффера я бы совершила великий грех, так как лишилась воли. Я вовремя опомнилась, чтобы с разбитым сердцем выполнить свой долг. И была вознаграждена позже — о! Мне надо было победить свои цыганские инстинкты — убить страсть — я чуть не умерла от этого. Я хотела убить себя, что было малодушием. Шеффер, который наблюдал за мной как отец, остановил меня. Он привел меня домой — в полусознательном состоянии. И мало-помалу мой разум вернулся — а с ним и воля. Как только ко мне вернулась воля, я опомнилась. Я не совершила греха и благодарю Бога за это, но мой бедный дорогой любимый Шеффер очень страдал, поверьте мне, видя мои страдания».

О ком здесь речь? Страсть к кому на время лишила певицу воли? На этот вопрос отвечают по-разному. Майкл Стин считает, что «виновником» выступил сын Жорж Санд Морис, влюбленный в Полину еще до ее замужества, но по слухам и домыслам на это место часто ставят Шарля Гуно.

Тогда Гуно был никому не известным начинающим композитором, выбирающим между карьерой священника и музыканта, когда Полина, тогда уже известная певица, услышала его первые сочинения. По этим еще не совершенным композициям она поняла, что перед ней — гений, и вдохновила его на написание оперы «Сафо», в которой ей предназначалась заглавная роль. Они с Луи пригласили Гуно и его мать к себе в Куртавнель, чтобы композитор, у которого в это время умер старший брат, мог сочинять в спокойной обстановке.

В перерывах между гастролями Полина активно помогала работе своего протеже, радовалась удачам, браковала неудавшиеся куски. Премьера «Сафо» состоялась на сцене парижской «Гранд-опера» весной 1851 года. Успеха не было: французам не понравилось, что в опере отсутствовали привычные танцы. Полина посоветовала Гуно дописать балетную часть, и они отправились на оперный сезон в Англию. Певицу, как обычно, сопровождал муж. В Лондоне после представления Гуно пишет Полине записку: «Лондон, вторник, четверть первого, я люблю вас нежно, я обнимаю вас со всей силой моей любви к вам».

Полине нравился Гуно, она с восторгом отзывалась о его таланте. Но ответила ли она на его чувства? Возможно, с нею произошло то, о чем говорилось в письме к Рицу: она «лишилась воли», ею овладели «цыганские инстинкты». Как бы то ни было, рождение дочери Клаудии у четы Виардо злые языки связывали с именем Гуно.

Клаудия (Клоди) родилась 21 мая 1852 года. Старшей — Луизе — было к тому времени десять лет. Был ли Гуно отцом Клоди — остается загадкой. Вел он себя странно, что, впрочем, соответствовало его натуре полумонаха-полусовратителя. Тургенев называл его по-французски «эротический святой отец».

Однажды Гуно неожиданно явился в дом к Полине и объявил о своей помолвке. Невестой оказалась Анна Циммерман, одна из четырех бесцветных дочерей Пьера Циммермана, известного французского пианиста и педагога, учителя Бизе.

Полина знала семью Циммерманов с детства, тем удивительнее было то, что новобрачные не пригласили супругов Виардо на свадьбу, а затем Анна отказалась от присланного ей Полиной подарка — золотого браслета. Луи был взбешен, он не знал, что Циммерманы получили анонимное письмо о связи Полины и Гуно.

Дело улаживал Ари Шеффер, это он рассказал Луи об анонимном послании, он же разговаривал с Гуно и отцом невесты. Гуно было отказано от дома, знакомые семьи Виардо — Жорж Санд, Ари Шеффер — прервали с ним отношения.

В своем письме к Рицу Полина несколько раз повторила, что ей удалось избежать греха. Но подумаем: могла ли она написать иначе? В переписке с Жорж Санд Полина в сердцах сравнивала Гуно с Тартюфом, в ее письме есть такие строки: «Он великий музыкант, возможно, один из величайших в наше время. Но мыслимо ли, чтобы такой гений имел неверное сердце?»…

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Читайте также

Роковая женщина Тайфуны всегда носят женские имена, потому что они, как женщины: приходят влажные и извивающиеся, а уходя, забирают у тебя всё: дом, машину… «У-тю-тю, это кто такой у нас тут ходит?» – Примерно такая фраза родилась у меня в голове, когда впервые увидел на

Глава 3. Роковая встреча Первая встреча Есенина и Дункан произошла в доме на Большой Садовой, 10, или Большая Садовая 302-бис, в котором, по свидетельству Михаила Булгакова[23], вскоре обнаружится «нехорошая квартира». Та самая, в которой Воланд будет встречаться с Маргаритой.

Глава двадцать девятая. Роковая случайность Ранним утром 10 октября Чайковский приехал в Петербург. На перроне Николаевского вокзала его встретили Модест и Боб в военной форме. Любимый племянник решил сменить карьеру и вместо гражданской службы поступил

Роковая женщина князя Курбского Если захваты соседских имений и войны с соседями Курбскому в принципе удавались, несмотря на потери верных слуг, то на другом поприще – приумножении владений путем выгодной женитьбы – его постигла неудача, сильно испортившая ему

Глава XXI АНГЕЛ МОЙ Жена моя прелесть, и чем доле я с ней живу, тем более люблю это милое, чистое, доброе создание, которого я ничем не заслужил перед Богом. (Письмо к теще, конец августа 1834 г.) Не в первый раз оставлял Пушкин свою молодую жену одну. В декабре 1831 года он провел в

Глава V БОГ ИЛИ АНГЕЛ Не бывает политики без мифа. Поль Валери «Суждения о современном

Роковая женщина Тайфуны всегда носят женские имена, потому что они, как женщины: приходят влажные и извивающиеся, а уходя, забирают у тебя все: дом, машину… «У-тю-тю, это кто такой у нас тут ходит?» — Примерно такая фраза родилась у меня в голове, когда впервые увидел на

Глава двадцать девятая. Роковая случайность Ранним утром 10 октября Чайковский приехал в Петербург. На перроне Николаевского вокзала его встретили Модест и Боб в военной форме. Любимый племянник решил сменить карьеру и вместо гражданской службы поступил

10. Ангел во плоти [18][19][20][21][22][23]* * * Истории, героем которой он был, и посвящен этот рассказ. Лет десять назад мы с Аллой были на отдыхе на Кинбурне. По распоряжению начальника порта Хабарова нас поселили в благоустроенном жилом вагончике на территории так называемого

Глава 1 Первая странная и роковая встреча Улица Шеллингштрассе проходит с запада на восток через самое сердце Мюнхена, параллельно великолепному трио картинных галерей, известных вместе как Пинакотека. Это главная артерия района Швабинг, сочетающего атмосферу

Ангел во плоти Я вышла из ворот МУРа и растерялась. Было жарко. Вокруг шумела Тверская улица, бронзовый поэт с голубем на плече, скрестив на груди руки, по-прежнему печально глядел на роившуюся у его подножия пеструю толпу, а я стояла и не знала, что делать и куда идти. У меня

Глава 3 Роковая связь Елена Глинская и Иван Овчина-Телепнев-Оболенский Всегда трудно добираться до истины, особенно когда она скрыта под толщей веков. История многократно переписывается победителями в свою пользу, предатели становятся мудрыми советчиками, многоженцы

Глава 1. АНГЕЛ Первая гавань, которую я помню, тихая и теплая. Мне меньше трех лет, и мы живем в Кривоколенном переулке в двухэтажном доме, который стоит там и до сих пор. Это — белая детская кроватка с пологом, похожим на парус, из соседней комнаты доносятся звуки рояля и