Россия без алкоголя: неравный бой с "зеленым змием"
16 мая 1985 года Президиум Верховного Совета СССР издал указ "Об усилении борьбы с пьянством и алкоголизмом, искоренении самогоноварения". Фактически, то было первое значимое деяние нового лидера страны Михаила Горбачева.
Спустя 30 лет инициатор кампании признал ее ошибкой.
"Считаю, что антиалкогольная кампания все-таки была ошибкой в том виде, как она проводилась. Надо было проводить не кампанию, а планомерную долгосрочную борьбу с алкоголизмом. Вытрезвление общества нельзя проводить наскоком. На это нужны годы", - заявил он в интервью "Комсомольской правде".
Предпосылки
Случайно или нет, но лишь два российских правителя за всю историю, Николай II и Михаил Горбачев, пытались ввести полный или частичный "сухой закон", и оба кончили плохо.
Вместе с тем, до революции Россия не была зоной трезвости, но не являлась, по мировым меркам, и сильно пьющей страной. По официальным данным, в 1913 году потребление, без учета самогона, составляло 4,1 литра чистого спирта в год на человека.
Особый вклад в алкоголизацию внесли два монарха: Иван Грозный, при котором на Руси появились кабаки, и Петр I, приучивший правящий класс гордиться "победами над Бахусом".
"Быть пьяным по все дни, и трезвым не ложиться спать никогда", - гласил пункт 1 собственноручно написанного им "устава Всепьянейшего Собора".
Мы быстро, просто и понятно объясняем, что случилось, почему это важно и что будет дальше.
Конец истории Подкаст
Если Иван руководствовался финансовыми соображениями, то Петру, судя по всему, это просто нравилось.
С 1917-го по 1985 год в СССР имели место пять антиалкогольных кампаний, включая последнюю, самую масштабную.
Потребление спиртного скачкообразно увеличилось сразу после войны и затем росло медленно, но неуклонно, достигнув к 1976 году 10,17 литра, а к 1985-му 10,45 литра на душу населения.
Поскольку, как принято считать, 80% алкоголя потребляют совершеннолетние мужчины, выходило около ста бутылок водки в год на каждого из них.
По данным руководителя Центра разработки национальной алкогольной политики Павла Шапкина, Советский Союз находился по этому показателю на 16-м месте в мире. Во Франции соответствующая цифра была почти вдвое выше.
Однако другие страны выбирали свою "норму" в основном за счет сухого вина и пива, а в СССР налегали на водку и недоброкачественные, зато дешевые крепленые вина, которые сам же народ прозвал "чернилами". В Европе привыкли "употреблять" часто и по чуть-чуть, а немалая часть россиян напивалась до положения риз, что вело к преждевременным смертям, преступлениям, семейным конфликтам и невыходам на работу.
Кто так решил?
Имеет широкое хождение теория, приписывавшая авторство антиалкогольной кампании членам политбюро Егору Лигачеву и Михаилу Соломенцеву, склонным сводить все проблемы к тому, что строители коммунизма сильно пьют, и вообще разболтались.
Однако дела такого масштаба в СССР без одобрения первого лица не делались.
Люди, работавшие с Горбачевым в Ставрополе, свидетельствуют, что Михаил Сергеевич, выезжая в районы и садясь, по номенклатурной традиции, за обильный стол, неизменно наливал себе лишь минеральную воду. Остальным, правда, демократично предлагал "не стесняться", но под взглядом "первого" местным начальникам как-то не пилось.
Услышав во время одного из "хождений в народ" жалобы на водочные очереди, Горбачев отрезал: "А вы не стойте!".
По бутылке в руки
Производство водки сократилось на 25 процентов. Были закрыты или перепрофилированы 83 спиртовых, 14 ликероводочных и порядка тысячи мелких винных заводов.
Самая дешевая водка стала стоить 9 рублей 10 копеек за бутылку против 4 рублей 70 копеек до начала кампании.
Торговлю алкоголем ограничили немногочисленными специализированными магазинами, работавшими с 14:00 до 19:00. Вскоре дневной запас кончался, так что наученная опытом толпа ломилась в двери, не соблюдая никакой очереди. У прилавков возникали драки.
В руки отпускали по одной бутылке. На свадьбу или поминки можно было взять десять, предъявив соответствующие документы. В то же время правительство отказывалось ввести талоны на алкоголь под тем предлогом, что не надо, мол, навязывать его тем, кому он не нужен.
В стране, привыкшей жить в условиях нехватки всего и вся, возник новый жесточайший дефицит. Бутылка водки превратилась в эквивалент твердой валюты. Резко выросло самогоноварение. Из магазинов стал исчезать сахар, а также одеколон и моющие жидкости.
Вместо пива стали продавать безалкогольное "Пивко". Люди шутили, что на очереди "винишко" и "водчонка".
Народ, как водится, откликнулся частушками: "Что так жалобно поешь, Алла Пугачева? - Да шиш теперь вина попьешь с Мишкой Горбачевым!". И того хуже: "На недельку, до второго закопаем Горбачева. Откопаем Брежнева - будем пить по-прежнему".
Когда после чернобыльской катастрофы в магазинах Киева появилось сухое красное вино, повышающее сопротивляемость организма радиации, граждане сразу поняли, что экологическая обстановка в городе действительно неважная.