Рецензии на книгу « Который час? Сон в зимнюю ночь » Вера Панова
Только что прочитала книгу, поэтому рецензия "по горячим следам". Мне сложно представить насколько в 12 лет ребенок будет готов воспринимать это произведение. Эта сказка-притча скорее для взрослых. Не думаю что ребенок сможет по достоинству её оценить. Очень много ассоциаций и смыслов между строк: о людях по отдельности, о человечестве в целом, о пути, по которому мы идем, или можем пойти в определенной ситуации. Уверена, что автором это произведение не задумывалось, как подростковое. Возможно 16+. Помимо смысла сказки, на эту мысль наталкивает и упоминание девушек, готовых продать своё тело. Хоть это и встречается только единожды. Как взрослому читателю, мне сказка понравилась очень. Рекомендую всем кому нравятся: Маленький принц, Путешествие на Тандадрику, сказки Шарова (в частности Мальчик одуванчик), где за сказочным сюжетом кроется мудрость большого писателя.
Вера Панова придумала эту сказку,когда шла с маленькой дочкой через захваченные немцами земли на свою родину.перед сном она рассказывала ребёнку историю и городе в котором время пошло назад,о ужасе,который вызывает фашизм. книга была издана после смерти автора. она совершенно не потеряла актуальности. острая,честная,написанная мастером
Очень хорошо:-) Рекомендую и рассказываю о книге - в коротком видео
Сказка хорошая. Иллюстраций маловато и не в моём вкусе. Но главный вопрос: ЗАЧЕМ, ЗАЧЕМ там это послесловие? 30 лет из каждого утюга льётся антисоветчина, очерняя самый великий период нашей страны. Но покупая детскую сказку заслуженного советского автора, никак не ожидал увидеть и здесь услужливые измышления "доброжелателя", помогающего "правильно" читать эту сказку. Нет слов.
Удивительны произведение и книга! Образцово-примерный русский язык!
Давно-давно наметила эту книгу приобрести. И вот это случилось. Очень люблю необычные сказки и хорошие иллюстрации. Эта книга соответствует полностью. Большой формат, плотные страницы, великолепные иллюстрации . правда понравятся, наверное, не всем. местами жутковатые, в смысле страшноватые)) выполнены в одной цветовой гамме. Шикарно! Статья об авторе безусловно украсила эту книгу .
Сталинские премии, членство в партии, участие в различных съездах и конференциях - все это наталкивает на мысль, что Вера Панова является этаким традиционным советским идеологическим писателем. Казалось бы. Но! Первое же знакомство с творчеством Веры Федоровны позволяет сразу же исключить мысль о примитивной идеологической литературе. Вера Федоровна гораздо, ГОРАЗДО тоньше, гораздо умнее и выразительнее и это не может не вызывать уважения. Роман "Который час? Сон в зимнюю ночь" - книжка не для маленьких детей. Оптимальный возраст очень хорошо подмечен - от 12 и старше. Роман повествует о событиях, которые начинают происходить в маленьком городе, когда старый часовой мастер Григсгаген устроил так, что время пошло назад. До этого город был наполнен ожиданием. Госпожа Абе ждала, когда же поймают безумного Гуна. Молодой мастер Анс ждал ответа от своей возлюбленной Белой Розы. Мальчик Илль ждал, когда же он отправится в далёкое плавание, чтобы открыть остров, а ещё лучше - материк! А Ненни, как самая маленькая, ждала сразу всего: она вся в играх, мыслях и мечтах о том, что ещё только должно случится… Казалось бы, это же прикольно - время и назад? Но не тут-то было. В город возвращаются старые болезни, сходят с ума люди, сбивается расписание поездов, а отношения между людьми меняются самым непостижимым образом. И приходит к власти сумасшедший тиран Гун (он реально сумасшедший, сбежал из психушки). И честно говоря, не прочитай я послесловия, я бы прочитала этот роман-сказку на одном дыхании, даже не задумавшись о каком-то подтексте. Но как оказалось, Вера Федоровна умело замаскировала вымышленными именами и вымышленной страной события, которые происходили когда-то в нашей стране. Очень часто идеологическая литература заканчивается свержением злого тирана и установления коммунизма, равноправия и прочего, но реальные события жизни этим не заканчиваются. Власть, прикрывавшаяся равноправием и борьбой за свободу, установила еще более чудовищный режим, чем власть свергнутая. Что же происходит тогда? Это и описывает в своей сказке автор - время идет назад со всеми ужасающими последствиями. Замечательные иллюстрации Владимира Мыслицкого в книге. Просто замечательные!
Не знаю, как вы, а я всегда воспринимала Веру Панову как классика советской литературы со всеми полагающимися этому классику приметами и чертами: лауреат Сталинских премий, член партии, делегат всевозможных съездов и конференций. Да и на фото она такая крупная волевая женщина. Самые известные произведения - «Спутники» и «Кружилиха». И даже необыкновенный, тонкий, трогательный «Сережа» как-то ничего не менял в этой картине. А сейчас благодаря выходу новой книги всё меняется. Начинается роман-сказка главой под названием «Я живу в зимнем лесу, мне здесь нравится, и по ночам мне снятся сны». И вот в ночь под пятницу автору и приснился этот «сон в зимнюю ночь».
Очень интересно написал о Вере Федоровне, об истории создания романа и о своих еще юношеских впечатлениях Дмитрий Быков. Оказывается, Вера Федоровна в октябре 1941 года оказалась в Пушкине, на оккупированной территории. Ей удалось выбраться оттуда, и потом, пройдя три тысячи километров, достичь Полтавской области, где в деревне Шишаки находилась ее мать и двое сыновей. «Как преодолела Панова эти три тысячи километров по эстонской, русской, украинской земле, занятой немцами, она не рассказывала никогда и никому, и в автобиографических текстах этого нет; может быть, она о многом умалчивает, а может, правду сказала в одной из повестей, что память отказалась тогда служить ей, все смешалось, слишком много было горя и ужаса вокруг. Но у нее было спасительное отвлечение: она придумывала для дочери сказку про город, захваченный сумасшедшими, город, в котором часовой мастер запустил время обратно — классическую готическую сказку книжной девочки, — но именно этой сказке суждено было стать лучшим ее романом, которого она при жизни так и не увидела в печати.
Я тогда — «мне четырнадцать лет» — считал, что дни реализма сочтены, что будущее только за гротеском, фантастикой, вымыслом, и последующие тридцать лет меня в этом почти не разубедили. Так что подзаголовок «Роман-сказка» привлек меня незамедлительно, и я открыл для себя Веру Панову вот с этого почти никем не замеченного тогда романа, извлеченного ее сыном Борисом Борисовичем Вахтиным из архива матери. С тех пор я ее полюбил навеки, потому что открылся мне отнюдь не суровый советский реалист и даже не, как это называлось, тонкий знаток детской психологии, а сказочник с темпераментом Шварца и жестокой сентиментальностью Андерсена, ядовитый, желчный насмешник, отлично понимающий, что победы над злом не будет. В лучшем случае будет гибель ВМЕСТЕ со злом. Именно так я тогда понял Последнюю Гибель, которая — расплатой за все — прилетает в финале, погребая и горожан, и часовщика, и сумасшедшего Гуна. Кстати, чуть ли не лучшей метафорой любой диктатуры было описание гуновских митингов с речевками: — Эники-беники! — Ели варе… ники! — ревет толпа. — Эники-беники! — Клец! «Клец» становится самым популярным словом в городе. Оно обозначает все — и смерть, и счастье, и светлое будущее. Еще мне понравилось, что это было написано с какой-то вызывающей последней дерзостью, с насмешкой человека, который перестал бояться, очень близко увидев смерть и поняв, что от нее ничто, вообще ничто не спасает. — можно, но не любой ценой. А так, чтобы совсем спастись, — это бросьте даже и думать. Всем клец. Жаль, что при советской власти эта вещь осталась неоцененной по причине явной несвоевременности выхода, а после было уж совсем не до нее. Но сейчас ее перечитывать — большая радость.»
Сложной была судьба романа. Он был уже анонсирован «Новым миром» на новый 1964 год, но рукопись романа была отклонена. Как позднее еще несколькими издательствами. В мемуарах «Мое и только мое" В.Ф. Панова писала: «Я, Панова Вера Федоровна, родилась 20 марта 1905 года в Ростове-на-Дону, умерла 20 июня 1967 года, когда меня поразил инсульт, лишивший меня возможности ходить и владеть левой рукой. Официальная дата моей смерти будет какая-то другая, но для себя я числю указанную дату, ибо до сих пор, вот уже более 2,5 лет, я, несмотря на все усилия любящих близких, превосходных врачей и целой роты людей, помогающих мне в моем бедственном существовании, не могу без посторонней помощи ступить ни шагу…» Сергей Довлатов по рекомендации сына В.Ф. Пановой Бориса Вахтина приезжал к Вере Федоровне несколько раз в неделю и читал ей книги. В «Соло на ундервуде» Довлатов, который порой весьма нелицеприятно описывал своих знакомых, о В.Ф. Пановой написал так: « Беседовали мы с Пановой. - Конечно, - говорю, - я против антисемитизма. Но ключевые должности в российском государстве имеют право занимать русские люди. - Это и есть антисемитизм, - сказала Панова. - ? - То, что вы говорите, - это и есть антисемитизм. Ключевые должности в российском государстве имеют право занимать ДОСТОЙНЫЕ люди.»