«Бессмертные: война миров»/«Immortel (ad vitam)» (реж. Энки Билал)

Помню, в детстве мы пели попурри – это отрывки нескольких популярных песен, соединенные в одну. Вот и тут мне показалось, что я попала на кино-попурри. Уж очень много фильмов мне напомнили «Бессмертные»: и «Пятый элемент» с его летающими автомобилями, и «Гаттаку» с ее культом идеальных людей, и «Звездные врата» с летающими древнеегипетскими пирамидами… Очень сложно ответить на вопрос – понравился мне он или нет.

Он однозначно очень качественно сделан. Графика потрясающа. Думаю, стоит отметить, что «живых» было всего 3 актера — Линда Харди, Томас Кречманн и Шарлотта Рэмплинг. Часть эпизодов они играли просто перед пустым зеленым экраном. Все остальное – это чистой воды выдумки аниматоров, либо оцифрованные реальные люди. Признаюсь, эти факты я узнала после просмотра фильма, и список «живых», по моему мнению, актеров сократился где-то втрое… Видно невооруженным, что Энки Билал — творческая личность, талантливый художник. Удачны оказались и цветовая гамма, и декорации, а различные детали и виды прописаны четко и красиво. Но…

Я, конечно, понимаю, что в основе фильма лежат комиксы самого Билала («Ярмарка бессмертных», «Женщина-ловушка»), и именно из-за этого, скорее всего, этот фильм и был так похож на комикс. Все силы съемочной группы были направлены на скрупулезное, точное следование комиксу. В этом и заключается огромный минус. Ведь текст (и его идея соответственно) были закончены в 80-е годы. С тех пор всё по нескольку раз всплывало в других произведениях, не говоря уже про фильмы. Поэтому культовая идея, оригинальная и интересная во время своего выхода в свет, стала на данный момент чем-то обыденным. Плюс к этому в фильме присутствует куча лишних деталей, которые никак не сказывались ни на сюжете, ни на прорисовке героев, ни на красоте фильма. Действия как такового не было. Все очень медленно, монотонно. Мало того, диалоги, которые в комиксах выглядят прописано и понятно, тут оказались «неживыми» и трудно усваиваемыми, загруженными опять же лишними деталями. Однако стоит отдать долг нашим переводчикам – часть вины лежит на них. При такой работе текст теряет половину смысла и заложенной в нем выразительности и глубины, так что даже талантливые актеры, озвучивающие фильм, никак не могут это исправить. А особенно это касается названия, которое в оригинале звучит как «Бессмертен (пока жив)». Вот к чему, скажите на милость, эта заезженная в фантастике «война миров». Ведь есть же фильм Спилберга, где она есть, красивая, яркая, запоминающаяся. Тут же эта тема прошла вскользь, в упоминании пришельцев и древнеегипетской пирамиды с Богами (кои по сути и являются иными мирами).

На дворе 2095 год (ровно 200 лет со дня рождения кино). Все пейзажи в серых тонах. Нью-Йорк, летающие автомобили, горящие в воздухе неоновые вывески, три уровня жизни. Всем заправляет «Евгеника» — корпорация, которая делает людей бессмертными, имплантируя им искусственные органы. Естественно, она не может обойтись без «подопытных кроликов». Вот так и появляется на горизонте сюжета главная героиня – Джил (Линда Харди). Синеволосая инопланетянка с синими слезами, амнезией и телом 3-месячного человека, которая не верит никому, кроме загадочного Джона, обитающего в смертельной зоне, принимающая странные и неизвестные таблетки и обладающая необычными способностями. Врач, к которой она попадает, очень заинтересовалась девушкой, поэтому идет на заключение договора: документы, жилье и работа в обмен на изучение Джил. Теперь она живет в квартире, питается сырыми продуктами в огромных количествах и записывает все данные в аппарат, чем-то похожий на ebook .

В это время в городе происходят странные вещи: «Да блин. Мало того, что объявился серийный убийца и в нью-йоркском небе висит натуральная пирамида, и откуда она там висит. Так еще из воздушной тюрьмы стали выпадать капсулы» (преступники заморожены в тюрьме, висящей над городом). На самом деле Боги Анубис и Баст, сидящие в пирамиде, дали Гору возможность стать бессмертным – зачать нового Бога за 7 дней. Для этого последнему нужно мужское тело, способное его принять, и девушка, способная зачать Бога. А кто, если не… заключенный революционер, чьи идеи плотно сидят в головах несогласных с политикой «Евгеники», чье имя стало нарицательным, двигателем революции, и инопланетянка, похожая на Мальвину, под водочку «Тарковский»?!

После просмотра «Бессмертных» я задумалась, зачем же он снят и какова его цель? Это не стандартная голливудская история о любви и преодолении. По крайней мере мне не захотелось тут же перекрасить волосы в синий цвет. Это и не шаблонно-штампованная фантастичная история о «войне миров». Не легкий фильмец для домашнего просмотра (и легкого заработка для съемочной группы). Так же я не нашла какой бы то ни было попытки изменить мир к лучшему – никакой пропаганды добра против зла, дружбы, равенства и братства, несомненной справедливости и так далее. Недавно я прочла мнение одного зрителя (критика-любителя), что «Кино снимается само, поскольку хочет жить, как жаждет жизни живое существо. Еще не снятый кинофильм живет в некоем идеальном пространстве и мечтает материализоваться. Загадочными способами из мира фантазий и иллюзий идея проникает в черепную коробку продюсера, автора сценария, режиссера и внушает желание реконструировать именно этот сюжет. Как умная жена знает, что для воплощения ее идеи необходимо приписать авторство мужу, так умная эманация кинофильма всегда знает, что авторство идеи она должна приписать иному создателю. Именно тогда родится ФИЛЬМ, который будут смотреть не из-за сюжетных перипетий, не из-за игры актеров, не из-за навороченных спецэффектов, а из-за того, что идея фильма, непонятная и непознанная проникнет в зрителя, и будет жить в каждом, кто смотрит киноленту. Вполне вероятно, что идея не будет понята, однако, она будет иметь физическую жизнь, долгую и счастливую». Думаю, это про «Бессмертных.

Что еще хочется отметить – несмотря на нудное и непонятное начало, где-то к пятнадцатой-двадцатой минуте затягивает и не отпускает до конца. Мой любознательный ум все время пытался поймать идею за хвост и додумать несказанное, понять скрытое.