Немецкие художественные фильмы о Первой мировой войне
Первая мировая война начала находить свое воплощение в кинематографе еще до ее окончания, одним из первых фильмов был «На плечо!» Ч. Чаплина. Вообще американский кинематограф в 1920-ые годы достаточно много уделял внимание Первой мировой войне. Этого не могли позволить себе европейские страны: нужно было восстанавливать города, перестраивать экономику на мирный лад, трудоустраивать бывших фронтовиков. Поэтому осмысление войны в кино затянулось, фильмы начали сниматься в конце 1920-ых - начале 1930-ых, хотя экономическая и социальная обстановка того времени была неблагоприятной. Так, в 1929 году начался мировой экономический кризис, который нанес большой урон той же Германии, которая была сильно зависима от кредитов США, но, несмотря на это, в 1930-1931 году в Германии вышло несколько фильмов о Первой мировой войне.
Первый из них назывался «Западный фронт 1918 года» режиссера Георга Вильгельма Пабста. Фильм повествует о четырех солдатах: о Студенте, Карле, Баварце, Лейтенанте. Таким образом, только одного героя фильма называют по имени. Прозвища же нам дают информацию о социальной принадлежности солдата, месте его проживания (в последующих немецких фильмах выходцы из Баварии были очень популярны), а также воинском звании.
Стоит отметить неслучайность выбора студента в качестве героя, режиссер хотел показать значимость данного социального слоя для Германии в годы войны от ее начала и до конца. Студенты были одними из тех, кто с энтузиазмом воспринял эту войну: «Мы покинули аудитории, парты и верстаки <…> нас охватила жажда большой опасности. Война, как дурман, опьяняла нас» Юнгер Э. В стальных грозах. / Перевод с нем. СПб, 2000. С. 27.. В одном герое режиссер показал целый слой населения на протяжении пяти лет: все они жаждали славы и сражений, воспитанные в пропаганде милитаризма и веры в скоротечность войны, которая выглядела как повод показать свою силу и храбрость, возможно, умереть во славу своей страны. Также двигала ими и любовь, поэтому и любовная линия здесь неслучайна. В итоге они получили грязь окопов, газовые атаки, артиллерийские обстрелы, вялотекущие бои и скучную окопную жизнь: «Еще хуже была скука, для солдат более убийственная, чем смерть» Юнгер Э. В стальных грозах… С. 32.. Многие из студентов погибли на войне, а кто вернулся, еще долгие годы переживали ужасы войны. Сформировалось «потерянное поколение», молодые люди, которые уже не могли жить в социуме. Поэтому неслучайна и смерть Студента, как смерть не только всех идеалов и стремлений, но и физическая смерть целого поколения немецкого народа.
Главными героями являются Студент и Карл. Первый влюбляется во француженку, в доме которой немецкие солдаты квартировали, и после войны хочет на ней жениться. Факт квартирования солдат у местного населения встречается повсеместно, что подтверждает и Эрнст Юнгер в своей книге «В стальных грозах»: «квартировался у одной супружеской пары, у которой была довольно-таки хорошенькая дочка. Мы делили с ними две комнаты, составлявших весь домик» Там же. С 96.. Удивителен факт отношения к этому в фильме самих местных жителей, они не стремятся каким-то образом изгнать оккупантов, показать свое недовольство, даже казалось, что немецкие солдаты находятся в Германии. Солдаты же не чинят каких-либо неприятностей хозяевам, шутят, веселятся, стараются отвлечься от реалий войны. Нельзя сказать, что в этом есть художественный вымысел, если вспомнить, что практически всю войну боевые действия шли на французской территории, то становится понятно, что мирные жители уже привыкли к немецким солдатам, поэтому не шли с ними на конфронтацию. Также и немецкие солдаты отказались от тактики показательных казней, которая на начальном этапе была распространена. Эти два факта и объясняют такое отношение местных жителей к солдатам противника. Стоит отметить, что подобную тактику французы выбрали и во Второй мировой войне, когда не вступали в открытую борьбу с немцами.
Со Студентом также связана и одна из самых сильных сцен фильма: во время атаки французских войск он подвергся нападению сзади и упал в грязевую яму. Пожалуй, эта единственная сцена, в которой в фильме можно увидеть образ врага - француза, показан он как подло атакующий со спины, неожиданно. Франция - единственная страна, упоминаемая в фильме как противник Германии. Это можно объяснить многими факторами, одним из которых являются длительные напряженные отношения между Германией и Францией еще с 1870-ых годов, поэтому логично представить ее как главного врага. Также стоит вспомнить Рурский кризис 1923 года, из-за которого антифранцузские настроения в немецком обществе усилились. Сюда же относятся и постоянно возникающие на рубеже 1920-1930-ых годов репарационные кризисы, когда сменяющиеся правительства в Германии то соглашались выплачивать репарации, то отказывались это делать (так называемая политика «выполнения и не выполнения»).
Если Студента мы видим в условиях фронта и войны, то через Карла режиссер показывает нам жизнь в тылу в последний год Первой мировой. Акцент сделан на отрицательных сторонах: нехватка продовольствия, огромные очереди, из-за которых родственники не могут встретиться с прибывшими в отпуск солдатами. Как противовес беднеющему большинству показан богач, которого не интересуют вопросы еды, его интересует, когда уже будет взят Париж. Здесь можно проследить параллели с современной фильму Германией в условиях экономического кризиса. Также помимо экономических «ран», война разрушает и семьи, что показывает эпизод возвращения Карла домой, где он застает жену с любовником - помощником мясника, который приносит ей талоны на мясо. Таким образом, режиссер воздействует на зрителя не через абстрактные, далекие от обыденного человека вещи: грязь, сырость в окопе, затяжные бои, смерть, а через понятные большинству вещи. Эта сцена нужна еще и для того, чтобы показать утрату у многих солдат каких-либо чувств, в данном случае здесь и чувство самосохранения, так как Карл хочет как можно скорее вернуться на фронт. Режиссер показывает, что многие солдаты не приспособлены к мирной жизни.
После этого эпизода Карл возвращается на фронт, где в этот момент идет атака на французские позиции, вскоре получает контузию и умирает в полевом госпитале. Контузия была новым явлением во время Первой мировой войны, поэтому не могла не найти отражения в фильме. Последняя сцена происходит в госпитале, где рядом лежат раненные французы и немцы, один из раненых шепчет одну фразу: «Мы друзья, не враги», что, по мнению Д. Мура, должно «убедить нас не только в том, что война ужасна, но и в том, что она бесплодна и предельно абсурдна» Цит. по: Кракауэр З. Психологическая история немецкого кино… С. 241..
Стоит сказать и об одной из главных составляющих практически каждого фильма о войне: о батальных сценах. Заключаются они в артобстреле, атаке на окопы и попытках эти окопы удержать. Стоит отметить батальную сцену в конце фильма, в которой принимали участие танки, которые больше служили для прикрытия атакующей пехоты, нежели самостоятельная боевая единица. Но Германии после Первой мировой было запрещено их иметь, поэтому вместо них были созданы муляжи.
Показано и нередкое для Первой мировой войны явление - артиллерийская атака на собственные окопы, когда штаб из-за плохой связи просто не знал о линии фронта. Также стоит отметить и внимание к деталям: у каждого солдата есть футляр с противогазом, хоть ни одной газовой атаки в фильме нет.
Стоит отметить и то, о чем в фильме даже речи не поднималось: о причинах войны и ее главном виновнике. Кракауэр видел в этом главный недостаток фильма: «При всем пафосе Пабст даже не задумывается над причинами ужасной бойни, не говоря уже об истолковании их» Кракауэр З. Психологическая история немецкого кино. С. 241.. С ним стоит согласиться, однако нужно учесть некоторые факторы, повлиявшие на отсутствие данных тем в фильме. Так, в Веймарской республике тема Первой мировой войны превратилась в «арену политического и социального противостояния, место столкновения различных идеологических лагерей, групп» Нагорная О.С., Раева Т.В. Образ Первой мировой войны на экранах межвоенной России и Германии С. 47. . Поэтому о свободе творчества в данной области говорить не приходилось. Стоит также добавить и наличие цензуры в Веймарской республике, так, например, американский фильм «На западном фронте без перемен» 1930 года не был допущен к показу. Да и само наименование «Веймарская республика» носит условный характер, так как официально Германия продолжала оставаться Германской империей, поэтому факт такого бережного и трепетного отношения к проигранной войне со стороны политической верхушки понятен: неудачи кайзеровской Германии воспринимались ими очень тяжело.
Само немецкое общество было чувствительно к этим главным вопросам: кто виноват в войне и почему она началась? Поэтому режиссер находился в патовой ситуации: если в фильме он укажет виновником войны Германию, то это немедленно вызовет недовольство в немецком обществе, в политических кругах, что поставит крест на возможность проката данного фильма. Второй вариант указать Германию как жертву агрессии, тогда последуют проблемы с прокатом за пределами Германии: режиссеру могут указать, что страна подписала капитуляцию, в которой говорилось о Германии как главном виновнике войны. Поэтому данную картину могли расценить как попытку пересмотра итогов Первой мировой войны. В итоге данная тема была обойдена стороной, чтобы не вызвать негативную реакцию.
Стоит отметить, что немцы не считали себя виновниками войны, наоборот, были уверены, что агрессия была применена по отношению к ним. Данная тема актуальна до сих пор, так в 2014 году вышла работа австралийского историка Кристофера Кларка «Лунатики: Как Европа вступала в Первую мировую войну в 1914 году», которая была очень хорошо воспринята в немецком обществе, так как там ставился под сомнение тезис о том, что Германия являлась главным виновником войны. Если такая реакция характерна для немцев спустя почти 100 лет с начала войны, то что уж говорить о 1930-ых годах.
Таким образом, фильм Пабста носил ярко выраженный антивоенный характер. Несколько раз в фильме звучит фраза: «Война - это бессмыслица». Акцент сделан на негативных проявлениях войны: грязь, голод, разруха. Немцы в фильме не одерживают побед, а их попытка наступления в конце полностью проваливается. Все главные герои либо погибают, либо сходят с ума. Безусловно, по этому фильму мы можем судить как о последнем годе Первой мировой, ведь современник событий «Пабст старается с фотографической достоверностью воспроизвести реальную жизненную обстановку» Кракауэр З. Психологическая история немецкого кино….С. 239., так и о тридцатых годах в Германии, об ее экономическом положении, об отношениях с Францией, о политической ситуации.
В 1931 году в Германии вышел фильм, повествующий уже о событиях на итальянском фронте - называется «Горы в огне» режиссеров Карла Хартла и Луиса Тренкера. Сюжет фильма можно в целом уместить в одно предложение: итальянские солдаты пытаются совершить диверсию - взорвать гору с австрийскими солдатами. Действие фильма развивает в первые годы войны на Итальянском фронте: итальянцы оккупировали некоторые австрийские территории, хотя большую часть войны боевые действия все же шли в Италии.
Неслучайно в немецком кинематографе возник интерес к Австрии в начале 1930-ых годов: страна была союзником во время войны. Кроме того, здесь можно учесть личную заинтересованность режиссеров, которые были австрийцами. В тот период киностудии Германии переманивали лучших режиссеров из соседних стран, в том числе, большой приток был из Австрии. Связан он в первую очередь с более выгодными финансовыми условиями.
После Первой мировой Германии было запрещено вступать в какой бы то ни было союз с Австрией, хотя в года создания фильма (1931) был отправлен запрос о таможенном союзе, что было воспринято как в австрийских политических кругах, так и во всем мире как попытка аншлюса. По сути политические круги Австрии во многом были зависимы от Германии, таким образом, фильм показывает отношение к итальянцам как австрийцев, так и немцев.
В Первую мировую Австрия и Италия были врагами, но исторически они очень близки. Раскрытие данной темы происходит через двух героев, австрийца и итальянца, которые до начала войны совершали восхождение на гору, однако война их развела по разные стороны, а после ее окончания бывшие враги возобновляют давнюю дружбу. Таким образом, по замечанию Кракауэра «Фильм Тренкера подчеркивает крепость личных связей и отвергает шовинизм» Кракауэр З. Психологическая история немецкого кино. От Калигари до Гитлера /пер. с англ. М, 1977. С. 268.. Последний момент, конечно, присутствовал в отношениях двух народов, вспомнить хотя бы многолетнее присутствие и влияние Австрии на Италию в XIX - начале XX века, часть итальянских земель входила в Австро-Венгерскую империю. Хоть данное обстоятельство и породило во многих итальянцах нелюбовь к Австро-Венгрии и появилось даже движение ирредентизм за присоединение приграничных с Австрией территорий, но режиссеры не затрагивают эту тему. Для них это «дела давно минувших дней».
Поэтому и образ врага, которым здесь выступают итальянские солдаты, максимально смягчен. Его можно проследить по взаимоотношениям итальянских солдат и мирных жителей на оккупированных территориях: первые доброжелательно относятся к жителям, помогают по хозяйству, даже нянчатся с детьми. Агрессия возможна только к солдатам и только потому, что идет война.
В данном фильме, как и в «Западном фронте 1918», не нашел отражение вопрос: кто является главным виновником войны и в чем причины. По замечанию Кракауэра, это было сделано специально, так как фильм «прославляет солдата, а солдаты, как известно, не обязаны вмешиваться в политику» Кракауэр З. Психологическая история немецкого кино…С. 268.. Также он называет этот фильм милитаристским, то есть в какой-то степени воспевающим войну.
С этими положениями я согласен лишь отчасти. Так, намек на виновника войны все же присутствует, когда в кадре появляется манифест Франца-Иосифа, в котором говорится, что он хотел закончить правление мирно, чему помешали враги. Враги прямо не называются, однако можно сделать вывод, что под ними в первую очередь подразумевают Российскую империю, так как перед Первой мировой войной она расценивалась как основной противник Австро-Венгрии (например, в отношении влияния на Балканах). Здесь же можно вспомнить и активную пропаганду русофобских настроений перед войной, да и сама война во многом началась из-за противоречий между Россией и Австро-Венгрией. Также я не согласен с тем, что фильм носит милитаристский характер. На мой взгляд, героизация отдельного солдата не является воспеванием войны. Так здесь показана и смерть от обморожения на посту; опасность подрыва горы показывает непредсказуемость войны, когда не знаешь, какая секунда может стать последней; да и сама главная тема говорит скорее об обратном.
Образ конкретного солдата в данном фильме, безусловно, героизируется. Он показан как смелый, готовый на все ради защиты своей родины. Его не мучают вопросы: зачем он воюет, почему, за что? Он просто беспрекословно выполняет свой долг. Схоже с ним изображено и командование, которому важен каждый солдат. Боевой дух, даже в таких экстремальных условиях у солдат на высоте, никто не паникует, все как один выполняют свой долг.
Помимо этого, в фильме показаны условия ведения войны в горной местности: большая роль снайперов, лыжные отряды. Также показана и обстановка, в которой жили солдаты: печки, нары, солома. Обстановка достаточно бедная и в условиях зимы экстремальная. Обстановка и условия воссозданы достоверно благодаря тому, что один из режиссеров Луис Тренкер сам воевал на итальянском фронте в 1916 году, его собственные воспоминания и легли в основу фильма.
Таким образом, данный фильм хоть и воспевает отдельного солдата, но не воспевает войну в целом. Образ врага сильно смягчен, в первую очередь из-за главной темы фильма: необходимости мирного сосуществования даже после таких кровопролитных конфликтов как Первая мировая война. В фильме даже не ставится вопрос, что Италия предала своих бывших союзников по Тройственному союзу, оставшись на начало войны нейтральной, а в 1915 году присоединившись к Антанте. Правда, у Италии была формальная причина невступления в войну на стороне Тройственного союза: ведь условием вступления Италии на стороне Тройственного союза было то, что союзники не будут являться агрессорами. После объявления войны Германией России 1 августа 1914 года, Италия имела все причины не участвовать в войне.
После прихода к власти в 1933 году нацистов тема Первой мировой войны была несколько переосмыслена. В 1934 году был снят фильм «Штурмовой батальон. 1917» режиссерами Людвигом Шмид-Вилди и Гансом Цоберлайном. Существует две версии этого фильма: одна идет два часа, другая на полчаса меньше, из нее вырезаны националистические лозунги. Мной была просмотрена вторая версия.
Этот фильм можно рассматривать как противовес первому фильму: «Западный фронт, 1918». Очевидна даже «перекличка» названий. Речь здесь идет тоже о Западном фронте, только на год раньше, врагами обозначены уже четыре страны: Англия, Франция, Шотландия и США. Главным противником выступает Англия, а Франции отводится место «мальчика для битья», французские окопы легко занимают, берут в плен и прочее. Англичане же рассматриваются как более серьезный противник, скорее всего, потому, что именно в ней нацистские лидеры видели главного соперника доминирования Германии в Европе. Всех англичан немцы называют Томми, так же как у нас принято всех немцев называть Фрицами. Это не художественный вымысел, действительно, данное прозвище использовалось: «То и дело слышатся короткие оклики, не лишенные грубоватого юмора: «Эй, Томми, ты еще здесь?» - «Да!» - «Спрячь голову, приятель, стреляю!» Юнгер Э. В стальных грозах. / Перевод с немецкого/ СПб, 2000. С. 44.
На первый взгляд, кажется, что фильм тоже носит антивоенный характер, есть даже момент с воткнутым в землю ружьем, общеизвестный символ отказа от войны, что не очень вяжется с устоявшимся образом нацистской Германии. Немцы в фильме постоянно говорят, что устали от войны, что хотят ее поскорее закончить, но их соперники, наоборот, жаждут дальнейшего кровопролития. Звучат фразы: ««Есть в нас что-то такое, за что они нас ненавидят?» Рисуется образ Германии как притесняемой, измученной, миролюбивой, что-то похожее в пропаганде использовалось и перед Первой мировой войной. Однако немцы не мстят своим врагам, что показывает последняя сцена фильма, когда во время празднования Рождества немецкие солдаты приносят раненого англичанина в свой блиндаж и поют рождественскую песню. Образ немецкого солдата Первой мировой в этом фильме таков: миролюбивый, добрый, уставший от войны, храбрый.
В фильме не показана ни одна битва, в которой бы немцы проиграли: либо победа немцев, либо ни одна из сторон не добивается успеха. Тогда встает вопрос, почему же Германия проиграла Первую мировую войну? Ответ в фильме прямо не дается, однако, зная, что нацисты в своей пропаганде делали упор на то, что Германии был в решающий момент воткнут «нож в спину», все становится очевидным. Представляется, что по данному фильму мы можем судить о концепции Первой мировой войны, принятой в нацистской Германии, так как режиссер был членом нацистской партии и разделял соответствующую идеологию.
В фильме нет цельного сюжета здесь, а есть отдельные фрагменты: штурм окопов, сдерживание танков, атака шотландцев (одетых в килты), газовая атака, сброс Антантой листовок и так далее. Героев здесь тоже несколько, но они уходят на второй план в сравнении с демонстрацией военных событий.
Данный фильм очень идеологизирован, но если говорить об изображении условий войны, то Цоберлайн изображает окопную жизнь «вполне реалистически и объективно» Кракауэр З. Психологическая история немецкого кино… С. 242.. Здесь есть и затопленные траншеи, газовая атака, танковые атаки: все то, что сопровождало Первую мировую войну. Именно в этом изображении можно увидеть полемику с фильмом Пабста. Если в 1930 году немецкие солдаты ничего не могут противопоставить французским танкам, то в фильме Цоберлайна немцы уничтожают два английских танка, потери в боях немцы почти не несут, в фильме ни один из героев не погибает.
Зигфрид Кракауэр говорил о том, что «в фильме нет намека на их мужество или героизм» Там же., с чем я не согласен. Тот факт, что немцы в фильме не знают поражений, уже говорит об их мужестве, тот же эпизод с танками, когда люди не боятся противостоять машине. Еще я обратил внимание на такую деталь: даже будучи завалены землей в окопе или частью стены, немецкие солдаты с легкостью выбираются и продолжают вести бой, будто ничего и не было. То есть мужество, выносливость и сила здесь на уровне героев легенд и, можно даже сказать, образ солдата мифологизирован.
Таким образом, фильм хоть формально и является антивоенным, однако все транслируемые в нем идеи о притеснении Германии, о том, что их все ненавидят, еще перед Первой мировой переродились в теории о необходимости жизненного пространства и «места под солнцем».
Далее перенесемся в начало XXI века: фильм «Красный барон» 2008 года режиссера Николая Мюллершёна. Фильм рассказывает о самом знаменитом немецком авиаторе Первой мировой войны Манфреде фон Рихтгофене по прозвищу «Красный барон». Летчик получил его после того, как начал красить фюзеляж своего самолета в красный цвет. Ему принадлежит рекорд Первой мировой войны по сбитым самолетам - до 84 самолетов. Странен тот факт, что немецкий кинематограф заинтересовался этой фигурой только в 2008 году, так как даже американцы сняли про него фильм еще в 1971 году («Фон Рихтгофен и Браун»). Никаких данных о немецких фильмах про Рихтгофена ни в нацистской Германии, ни в ГДР и ФРГ до 2008 года я не нашел.
Фильм, как и все предыдущие, кроме «Горы в огне», рассказывает о западном фронте. Хотя стоит отметить, что Рихтгофен был и на восточном фронте, причем не единожды даже в 1914 году. Сначала он был послан туда как кавалерист, уже позже как пилот Сиснев И.И. Предисловие // Рихтхофен М. фон. Красный истребитель. Воспоминания немецкого аса Первой мировой войны / Пер. с нем. М. Центрполиграф, 2004. С. 15.. Любопытно, что свое пребывание на восточном фронте Рихтгофен вспоминал с теплотой, хотя в фильме об этом нет ни слова: «Дни, проведенные с моим другом Холком среди русских, были одними из самых прекрасных в моей жизни» Там же. 169.. Для немецких фильмов вообще характерно игнорирование восточного фронта.
Действие фильма начинается в 1916 году, когда Рихтгофен с другими летчиками летит почтить память пилота Антанты. Факт того, что Рихтгофен летал почтить память вражеского летчика не находит отражения в его дневнике, однако уважение к вражеским пилотам у Манфреда фон Рихтгофена было: «Я почтил память павшего врага, поставив камень на его могилу» Рихтхофен М. фон. Красный истребитель…. С. 97.. До этого момента событий в жизни Рихтгофена было предостаточно, можно было показать его пребывание в траншеях в начале войны, то, как он учился летному мастерству, будучи кавалеристом. Однако, вероятно, все это мешало созданию образа героя, изображение в грязи в окопах могло принизить Рихтгофена, сделать его одним из многих. Сам процесс обучения летному мастерству солдата, которого всю жизнь готовили к войне в кавалерии, интересен, ведь Первая мировая стала войной, в которой начала широко применяться авиация. Кстати, из-за этого возникали определенные сложности даже в таких мелочах, как определение вражеского самолета. Как писал Рихтгофен, «в то время я не знал также, что немецкие самолеты помечаются крестом, а вражеские - кругами. Поэтому мы палили по каждому самолету» Рихтхофен М. фон. Красный истребитель. Воспоминания немецкого аса Первой мировой войны / Пер. с нем. М. Центрполиграф, 2004. С. 78..
В фильме отражены основные вехи жизни летчика на войне: сбил английского пилота Хокера, возглавил 11 подразделение летчиков, лично встретился с Вильгельмом II. Также в фильме воссоздана традиция пилотов собирать трофеи со сбитых самолетов: комната Рихтгофена увешана опознавательными знаками сбитых им самолетов. Была практика забирать пулеметы со сбитых самолетов: «Его пулемет выкопали из земли, и теперь он украшает вход в мое жилье» Там же. С. 108.. Помимо трофеев, немецкие пилоты использовали и двигатели союзников: в фильме делал лейтенант Восс, который «управлял трехместным «фоккером» с французским двигателем, изъятым из захваченной машины» Там же. С. 126.. Таким образом, данная часть жизни пилота в фильме воспроизведена с удивительной четкостью и достоверностью.
Основной сюжетной линией фильма является любовная линия Манфреда с медсестрой Кейт, хотя про нее в дневнике Рихтгофена нет ни слова, то есть это вымышленный персонаж, как и большинство друзей в фильме. Стоит сказать, что режиссер сделал акцент на национальной принадлежности одного из них: он еврей. При этом не говорится, что в принципе в немецкой армии было много представителей разных национальностей. Все это, безусловно, дань нашему времени - попытка показать, что к евреям в Германии относились хорошо, а политика Третьего Рейха - это лишь политика отдельных людей, которая выбивается из исторического развития Германии.
Возвращаясь к дружественному расположению пилотов воюющих сторон, стоит сказать, что это явление все же преувеличено, так как сам Манфред фон Рихтгофен в отношении некоторых наций отзывается негативно, таких как французов и русских. Говоря о своем псе, летчик отмечает: «У Морица очень разумный взгляд на мировую войну и наших врагов <…> он громким лаем гонял целую толпу русских. Он также невысокого мнения о французах» Рихтхофен М. фон. Красный истребитель… С. 135.. Зато он восхищается англичанами: в них «чувствуется немецкая кровь» Там же. С. 117.. Такое отношение объяснимо, так как перед Первой мировой войной многие немцы восхищались Англией, устраивали жизнь по английскому типу. Даже высшие немецкие круги до последнего не верили, что англичане вступят в войну против Германии.
Образ Рихтгофена в фильме слишком идеализирован, он предстает «золотым мальчиком», который все делает ради развлечения, играючи, для которого война - это спорт. Хотя он не ставил себе в заслугу свои «рекорды», так как считал, что ему во многом везло, а другие лучшие просто раньше погибали. Только медсестра Кейт оказалась способна открыть ему глаза на войну. После чего Рихтгофен на встрече с Вильгельмом II говорит императору: «Мы такие же, как они, нам нужны оправдания действий, иначе станет ясно, кто мы такие». Представить себе, что так мог сказать настоящий Рихтгофен, мне представляется с трудом, все-таки на Вильгельма II он смотрел с восхищением, да и на войну тоже. Стоит отдавать себе отчет, что он был представителем своей страны и своего времени, тем более, военным. Он многие годы впитывал идеи, которые заложили в нем отношение к войне.
В фильме есть два момента, на которых я хотел бы обратить внимание. Французские пленные солдаты хотят взять у Рихтгофена автографы, что опять не было отражено в его записях, поэтому скорее всего сцена имеет символическое значение: признание заслуг и восхищение Рихтгофеном даже его врагами. Когда Манфред и Кейт приезжают в оккупированный Лилль, там они ужинают в богатом ресторане с богатыми людьми, все выглядит мирно и спокойно, нет ни следа войны. Таким образом, условия войны крайне «смягчены», порой даже кажется, что в фильме показано мирное время, но никак не военное.
Фильм завершается тем, что Манфреда фон Рихтгофена сбивают, хотя саму сцену нам не показывают, так же как и сцену его смерти (в фильме не отражен даже факт ранения его голову). Есть несколько версий гибели «Красного Барона», обстоятельства смерти до конца не выяснены. Фильм предлагает версию, что его сбил канадский летчик Браун. Отсутствие визуализации смерти героя тоже неслучайно: «поражение» не должно коснуться образа героя.
Этот фильм - единственный немецкий из рассмотренных выше, в котором действуют исторические личности: сам Рихтгофен, Вильгельм II, Восс. В предыдущих фильмах наблюдалось полное игнорирование политических деятелей, было лишь краткое упоминание Франца-Иосифа («Горы в огне). Это можно объяснить различием жанров военной драмы и исторического «байопика» (фильма-биографии) - режиссеров 1930-х интересовали больше простые солдаты и их трагедии. Также во всех фильмах нет эпизодов военных советов, без которых трудно представить, например, советское кино о войне.
В целом, можно сказать, что данный фильм является ярким примером современной экранизации истории вообще и фильма-биографии в частности. Попытка создать образ настоящего героя здесь совмещается со стремлением не задеть чьи-либо чувства, война показана максимально мягко, как некий рыцарский поединок, где соперники уважают друг друга. Веяние времени, например, в том, что акцент делается на еврее в немецкой армии. Есть попытка подведения Рихтгофена под современное представление о войне: в конечном итоге он разочаровывается в ней, что не имело ничего общего с реальностью. В фильме много именно сознательных упущений (в то же время режиссер обращает внимание на мельчайшие детали), во главу угла поставлена вымышленная любовная линия, изображение условий войны крайне смягченное и урезанное.
Врагами обозначены Франция, Англия, а также Канада. Присутствуют даже представители африканского континента: так как некоторые страны Антанты, в том числе Великобритания и Франция владели колониями, то и африканцы приняли участие в боевых действиях на Западном фронте. Стоит сказать, что это единственный немецкий фильм, в котором есть хоть какое-то упоминание о представителях других континентов в армии Антанты, что в полной мере свидетельствовало о мировом характере войны.
Таким образом, изображение Первой мировой войны в Германии носило разный характер: от ярко выраженной антивоенной риторики к героизации отдельных лиц. Сквозь призму Первой мировой мы видим изменение ситуации в Германии, события, актуальные для того времени, когда фильм снимался. Хотелось бы указать на отличительные черты отображения Первой мировой в немецком кинематографе: растянутый по времени сюжет (перед нами отдельные фрагменты окопной жизни, между которыми временной промежуток может достигать от нескольких недель до нескольких месяцев - это может объясняться носила окопным, позиционным характером самой войны, когда фронт не двигался месяцами, и не было вообще каких-либо попыток его прорыва - режиссеру нужно было с одной стороны показать эту тягучую атмосферу ожидания, скуки, бездеятельности, а с другой - наполнить фильм батальными сценами, событиями и показать свое видение войны), отсутствие главного героя как такового (кроме фильма-биографии) - перед нами обычно либо небольшая группа людей, либо целый отряд, по именам героев называют редко, обычно используют прозвища. Третья особенность особенно характерна для фильмов 1930-ых годов: внимание к деталям, достоверность изображаемого, что объясняется тем, что создатели и актеры фильмов зачастую сами были бывшими фронтовиками.