Владимир Чучелов: "Все мои ученики проходят десятидневное мучение"
Е.СУРОВ: 17.39 в Москве, у нас прямой эфир, мы из Тромсё. Мы – это Евгений Суров, вы его сейчас слышите, и Владимир Чучелов. Владимир, я прошу прощения, скажите же, наконец, как правильно произносить вашу фамилию: ЧУчелов или ЧучелОв?
Е.СУРОВ: Я серьезно спрашиваю.
В.ЧУЧЕЛОВ: А я серьезно отвечаю.
Е.СУРОВ: Ну хорошо. Поскольку мы в Европе находимся, то будем называть на западный манер – ЧучелОв.
В.ЧУЧЕЛОВ: На западный манер – как раз ЧУчелов.
Е.СУРОВ: Ну хорошо, просто Владимир. Вы не Владимир Владимирович?
В.ЧУЧЕЛОВ: Нет, Владимир Николаевич.
Е.СУРОВ: Хорошо, тогда просто Владимир. То есть не «просто» Владимир, а лучший тренер прошлого года, по мнению Тренерской комиссии ФИДЕ. Вы, конечно, знаете об этом?
В.ЧУЧЕЛОВ: Это было довольно забавно. Я в тот день получал поздравления и никак не мог понять, с чем же меня поздравляют? Поздравления были, в основном, от моих учеников. И только Аниш [Гири] мне в итоге объяснил, с чем поздравляют. Я даже подумал, что у меня день рождения. А Аниш объяснил, что я, оказывается, получил вот такое поощрение от Комиссии.
Е.СУРОВ: Для вас это что-то значит? Как вы вообще к этим вещам относитесь?
В.ЧУЧЕЛОВ: В общем-то, я отношусь к этому довольно спокойно. Работа тренера не подразумевает известности, как у наших звезд-игроков. Но, в общем-то, приятно.
Е.СУРОВ: Вы здесь, в Тромсё, находитесь как чей тренер?
В.ЧУЧЕЛОВ: Я всегда был в качестве тренера сборной Голландии. И это первый год, когда у меня закончился контракт с Голландской федерацией. Полгода назад я начал работать с Теймуром Раджабовым, и вот… Фабиано меня отпустил только на этот турнир.
Е.СУРОВ: На один турнир?
В.ЧУЧЕЛОВ: Да, пока что на один. И появилась возможность поехать и на деле помогать Теймуру в процессе турнира.
Е.СУРОВ: Фактически вы в каком-то смысле тренер и сборной Азербайждана? Ну, не сборной, а одного из игроков Азербайджана.
В.ЧУЧЕЛОВ: Да, одного из игроков, я бы так сказал.
Е.СУРОВ: Но фактически-то все равно работаете на сборную Азербайджана в данном случае
В.ЧУЧЕЛОВ: В какой-то степени да.
Е.СУРОВ: А как сложилось, что вы стали работать с Теймуром?
В.ЧУЧЕЛОВ: Мы друг друга очень давно знаем, практически с 2002 или 2003 года, точно не помню, когда мы познакомились. С тех пор прошло очень много времени, но всегда были какие-то идеи, они витали в воздухе. И вот буквально в конце прошлого года… У Теймура тогда как раз был такой неудачный период его карьеры, и ему, видимо, было нужно что-то новое. Вот так и получилось.
Е.СУРОВ: А как Фабиано на это отреагировал?
В.ЧУЧЕЛОВ: Фабиано к этому относится как-то довольно спокойно. Для него главное, что я помогаю ему на всех турнирах, мы работаем. И это как раз совпало с тем, что с Анишем мы перестали работать буквально с начала 2014 года, и это как-то все вместе происходило. Так что прошло все очень гладко, без проблем.
Е.СУРОВ: Вы в какой-то степени сейчас разрываетесь между одним супергроссмейстером и другим?
В.ЧУЧЕЛОВ: Нет, у нас всё очень налажено, мы работаем очень четко, распределяем время, так что пока не было никаких накладок и проблем. У Фабиано в данный момент, несомненно, более плотный турнирный график, а у Теймура турниров меньше, хотя ему тоже нужно очень много работать, много провести различных корректур. Так что пока это все происходит очень гармонично.
Е.СУРОВ: А перед вами как перед тренером какие вообще ставятся задачи? Разные задачи при работе с Каруаной и с Раджабовым? Или вы выполняете абсолютно схожие функции и там, и там?
В.ЧУЧЕЛОВ: Функции, безусловно, схожи. Но игроки разные, поэтому к каждому есть индивидуальный подход. Однако главная задача, если работаешь с топ-игроками, - это чтобы они были наверху, играли стабильно и хорошо. В этом и есть общая задача.
Е.СУРОВ: Насколько я понимаю, вы сейчас востребованный тренер? Редко можно встретить такого тренера, который… Вы же работаете не только с этим двумя супергроссмейстерами?
В.ЧУЧЕЛОВ: Да, не только с ними.
Е.СУРОВ: Может быть, перечислите, с кем вы работаете еще?
В.ЧУЧЕЛОВ: Список довольно длинный. Конечно, я не со всеми работаю регулярно. Могу назвать, например, Жансаю Абдумалик, из молодых талантов. Еще мои старые ученики типа Ван Кампена, Бока, также из Индии у меня есть ученики – Гупта, Неги. Разумеется, топ-игроки занимают очень много времени, но у меня хватает времени еще и молодых подтягивать.
Е.СУРОВ: Прекрасно, прекрасно! А как вам Олимпиада? (В.ЧУЧЕЛОВ усмехается) Многозначительное молчание.
В.ЧУЧЕЛОВ: Несомненно, любая Олимпиада – это большое событие, это такой шахматный фестиваль для игроков, для тренеров, для прессы – для всех. Так что это очень интересное событие года, которое мы всегда с нетерпением ждем. Хотя, конечно, в плане организации к олимпиадам всегда есть определенные претензии. Это большое соревнование, которое очень непросто организовать. Но, конечно, хотелось бы, чтобы это было организовано на более высоком уровне. Так что я могу только присоединиться к вашим репортажам и различным откликам по поводу того, что организация могла бы быть, безусловно, лучше.
Е.СУРОВ: Правда, есть игроки, которые говорят: да, есть какие-то огрехи, но нам они не очень заметны, мы все сосредоточены на игре.
В.ЧУЧЕЛОВ: Это типичная ситуация, когда в процессе турнира игроки, безусловно, сфокусированы на своей игре, своей подготовке, у них буквально нет времени. И даже если есть какие-то неудобства, они их стараются не замечать. Но если подходить объективно к оценке организации и уровня проведения соревнования, то организаторы в Норвегии могли бы сделать все значительно лучше.
Е.СУРОВ: Кстати, вы были одним из немногих, кто еще тогда, год назад, после Кубка мира в Тромсё, не постеснялись открыто заявить о том, что условия проживания были не очень.
В.ЧУЧЕЛОВ: Да, уже когда стало ясно, что я в этом году поеду в качестве главного тренера сборной Голландии в Тромсё, то первая моя мысль была: только бы не попасть в тот же самый отель, где проводился Кубок мира! Но тут нам посчастливилось, мы переехали в центр. Хотя, в принципе, с точки зрения питания, с точки зрения самих отелей это уровень очень скромный.
Е.СУРОВ: А вы живете сейчас в какой гостинице?
В.ЧУЧЕЛОВ: Мы живем в гостинице «Radisson», но это такой норвежский стандарт.
Е.СУРОВ: Может быть, не все понимают. Норвежский стандарт – это весьма скромные по условиям, но нескромные по цене номера.
В.ЧУЧЕЛОВ: Такие спартанские условия. А цены, да, очень нескромные. Даже по европейским стандартам это очень шокирующие цены.
Е.СУРОВ: А вы вообще постоянно в разъездах?
В.ЧУЧЕЛОВ: В течение года – безусловно. Я думаю, что, как минимум, более половины года я провожу вне дома.
Е.СУРОВ: И вам это нравится?
В.ЧУЧЕЛОВ: Тут не приходится думать, нравится или не нравится. Это специфика работы, турниры проходят в разных местах. Появляются какие-то новые турниры, но есть и традиционные, и ты делаешь такой «круг почета» по тем местам, где уже был. Но пока что не жалуюсь.
Е.СУРОВ: На турнире в Дортмунде Фабиано занял первое место. Вы с ним там были?
В.ЧУЧЕЛОВ: Да. Дортмунд – это совсем рядом с тем местом, где я живу, поэтому такой турнир пропустить не хотелось бы.
Е.СУРОВ: А где вы живете?
В.ЧУЧЕЛОВ: Я живу в Бельгии, но на границе с Германией, так что до Дортмунда там практически два часа.
Е.СУРОВ: Прекрасно. То есть вас еще и с этим большим успехом вашего подопечного можно поздравить?
В.ЧУЧЕЛОВ: Да. Как раз в прошлом году у нас был относительно неудачный турнир в Дортмунде, а в этом году мы как-то реабилитировались. Мы, в общем-то, не рассчитывали на то, что организаторы пригласят Фабиано опять играть в Дортмунде, потому что туда обычно приглашаются игроки, которые традиционно там играют: Крамник, Леко, победитель турнира и какие-то новые игроки, а также всегда несколько немецких участников. А когда мы в процессе закрытия турнира разговорились, я сказал, что если вы нам дадите еще один шанс, то мы постараемся оправдать этот шанс. Так и получилось.
Е.СУРОВ: Турнир как по маслу прошел? Так показалось.
В.ЧУЧЕЛОВ: Да, такое бывает. Естественно, на протяжении года ведется постоянная работа, но иногда бывает такое стечение обстоятельств. Например, в этом турнире все наработки буквально шли одна за другой, и так получилось, что турнир прошел очень гладко, практически без помарок.
Е.СУРОВ: Я вас давно хочу спросить вот о чем. Вы такой общительный человек, с вами всегда приятно общаться. А вот Фабиано – не очень общительный. Могу признаться – только вы ему не говорите! – что я не всегда бываю доволен, когда Фабиано что-то выигрывает: тогда он появляется на пресс-конференции, и у него тяжело что-то выудить. А как вы с ним находите общий язык?
В.ЧУЧЕЛОВ: Да, есть такой момент. В основном, Фабиано скован в общении с прессой, с журналистами. Но с людьми, которых он хорошо знает, как раз совершенно нет никаких проблем. Можно сказать, что это два совершенно разных человека. Так что, да, такой момент есть. Но вы же понимаете, что в процессе турниров есть какая-то повышенная концентрация, нервозность. И человек какие-то вещи пропускает, концентрируется на турнире. Даже есть такие забавные моменты, когда мы идем, например, в ресторан… В Дортмунде есть итальянский ресторан, мы там очень хорошо знаем и владельца, и всех, кто обслуживает. Они все итальянцы, поэтому всегда желают Фабиано успеха. И очень часто они подходят и начинают общаться, что-то спрашивать. И забавно получается, когда они спрашивают у Фабиано «как дела?», а я за него отвечаю: «У меня все хорошо». То есть вот такие иногда были интересные накладки. Я привык выполнять его часть…
Е.СУРОВ: А по-итальянски не говорите?
В.ЧУЧЕЛОВ: Нет-нет, по-итальянски не говорю.
Е.СУРОВ: А сколькими языками вы владеете?
В.ЧУЧЕЛОВ: Так получилось, что когда-то давно, когда я еще служил в армии, в немецкой группе войск, оттуда пошло знание немецкого языка. Мой первый турнир был в Бельгии, там, где я сейчас и живу, а там немецко-говорящая часть населения, поэтому автоматически я общаюсь по-немецки. Потом жена у меня француженка – и я перешел на французский. Ну, и английский – потому что было очень много учеников, с которыми нужно было общаться по-английски.
Е.СУРОВ: Тогда давайте дальше пойдем. Вы уже вспомнили армию. Вы вообще человек из Советского Союза, я правильно понимаю?
Е.СУРОВ: Может быть, вы расскажете о себе? О вас не все знают.
В.ЧУЧЕЛОВ: Родился я в Москве. Как и многие дети, которые любят шахматы, ходил в Московский городской Дворец пионеров. Первым тренером у меня был Виктор Аркадьевич Черный, который до сих пор работает в этом Дворце пионеров на Ленинских горах. Очень хороший тренер, привил мне любовь к шахматам, с великолепным чувством юмора – все, кто его знает, со мной согласятся. Такая его жизнерадостность, оптимизм присущи всем его ученикам. Потом у меня был тренер, с которым я провел очень много лет, когда немножко вырос, - это Абрам Хасин, с которым я до сих пор поддерживаю контакт. К сожалению, в последнее время, в связи с огромной занятостью это все происходит как-то реже и реже. И вот даже сейчас, в процессе, когда я вам это говорю, я неожиданно вспомнил, что должен буду обязательно ему позвонить на этой неделе.
Так прошло мое детство. И, как и все советские школьники, играл и в «Белой ладье», и во всех традиционных турнирах, неоднократно был чемпионом Москвы среди юношей, играл за Московскую сборную. И когда был призван в армию, я должен был попасть в немецкую группу войск, где должен был играть на юношеской доске.
Е.СУРОВ: Это было в каком году?
В.ЧУЧЕЛОВ: Это был, по-моему, 1987 год. Но там произошла небольшая путаница, и вместо группы войск в Германии, где был спортивный клуб, я попал в школу поваров в Польше.
Е.СУРОВ: Легкая путаница произошла!
В.ЧУЧЕЛОВ: Да, небольшая путаница. Причем по каким-то непонятным причинам эта школа поваров была засекречена, и меня совершенно невозможно было оттуда вызвать. Даже на самом высоком уровне в течение года меня пытались перевести в этот немецкий спортивный клуб, но это было очень непросто сделать. Так что я прошел курс молодого бойца, целый год практически не занимался шахматами. Я помню, мне из дома присылали какие-то диаграммы с какими-то решениями, чтобы я просто вспоминал, где какие фигуры стоят, чтобы не забывал, как они ходят, чтобы вообще не разучился играть. Я помню, что я пошел в армию, когда был кандидатом в мастера – и, видимо, неплохой кандидат. И самое интересное, что даже год практически не играя, я потом сразу выполнил все нормы международного мастера, буквально в первых трех турнирах.
Е.СУРОВ: Это тот случай, когда пауза пошла на пользу.
В.ЧУЧЕЛОВ: Да, и тот случай, когда советская армия пошла на пользу, хотя это и кажется странным.
Е.СУРОВ: Какие у вас сейчас воспоминания, впечатления об армии?
В.ЧУЧЕЛОВ: Ясно, что объективно ничего хорошего не было. Но почему-то плохих воспоминаний не осталось, они как-то стерлись.
Е.СУРОВ: Потому что молодые были.
В.ЧУЧЕЛОВ: Да-да, это, видимо, такой известный феномен. Я, честно говоря, ничего плохого не помню. Помню только, что мы бывали в этом спортивном клубе и даже стали армейскими чемпионами. А потом – первый турнир, который я играл. Это было в Бельгии, в Западной Европе.
Е.СУРОВ: Первый турнир после армии?
В.ЧУЧЕЛОВ: Да. И вот как-то так получилось… У меня не было какой-то идеи остаться на Западе, просто так получилось. Я тогда играл в этом клубе, а тогда наши гроссмейстеры были очень популярны, хотя я еще не был на тот момент гроссмейстером. Мне просто предложили остаться играть в клубе, там как раз так получилось, что была возможность, и мне дали дом. Вот так и получилось, я стал играть и с этого момента становиться шахматным профессионалом. Хотя по тем временам четкого понимания, что такое шахматный профессионал, у меня не было.
А потом так получилось, что в 2002 году голландец Йерун Пикет - не знаю, знают ли его слушатели – он был очень сильный голландский шахматист, мы с ним как-то познакомились на зональном турнире в Испании, - предложил мне помогать ему в Вейк-ан-Зее. Это был для меня первый тренерский опыт.
Е.СУРОВ: Вы в то время были активным игроком?
В.ЧУЧЕЛОВ: Да, в то время я был активным игроком, и мыслей о тренерской карьере совершенно не было. Но просто это был такой первый опыт, когда в 2002 году я приехал в Вейк-ан-Зее. Правда, окончилось все это довольно забавно: я очень сильно простудился и буквально через неделю должен был поехать домой, потому что это была какая-то сильнейшая простуда, очень редкое сочетание всего. Даже доктор удивился: как такое может быть.
И еще было интересно, что в том же году Пикету известный в Голландии меценат, который спонсировал турнир в Монако, Ван Остером предложил – так как они были в очень хороших отношениях, - просто работать у него в офисе, быть представителем, главным менеджером его семьи. Вот такая интересная работа. Вот тогда и был период, когда он оставил активную карьеру шахматиста и перешел работать в Монако. О чем сейчас, видимо, не жалеет. И было забавно, многие мои ученики потом шутили, что это первый человек, который не выдержал и сразу же закончил играть в шахматы.
А потом, буквально на следующий год, по совету Пикета меня пригласил ван Вели и тоже в Вейк-ан-Зее, который станет для меня уже каким-то традиционным, потому что потом я там был 12 или 13 раз, ну 11 уж точно.
Е.СУРОВ: Теперь-то со здоровьем, слава богу, все нормально?
В.ЧУЧЕЛОВ: Да-да! И вот 2003 год для меня стал очень важным. Потому что я поехал тогда с Люком ван Вели, мы очень напряженно готовились, буквально пять или шесть недель, причем очень серьезно. У Люка был очень негативный счет в этом турнире: в общей сложности, за все годы, что он играл в Вейк-ан-Зее, счет был «минус 35». То есть каждый раз были какие-то катастрофические результаты: -5, -6, -7…
Е.СУРОВ: И тем не менее, год за годом его все приглашали и приглашали.
В.ЧУЧЕЛОВ: Все-таки он был всегда одним из лучших голландцев, а особенно в тот период. Кстати, тогда у него и рейтинг был 2700. Для него этот турнир был очень важен. И в тот раз мы серьезно подготовились, и как раз тогда турнир шел очень гладко – то есть в какой-то момент он просто лидировал с результатом +3. Организаторы были в ужасе, так как все участники получают условия в этом турнире, а у Люка была особая система, где у него были очень маленькие стартовые, но очень крупный бонус в случае, если он набирал плюс. Любой плюс. А организаторы были настолько уверены, что он никогда не наберет плюс после своих традиционных -5, -6, -7! А он вдруг просто лидировал с +3. Организаторам пришлось раскошелиться в конце турнира, поскольку он так и остался в плюсе. Просто так неудачно получилось, что со своими +3 он играл с Карповым черными; Анатолий Евгеньевич перепутал все в дебюте, и Люк, несмотря на то, что установка у него была играть крепко, не мог себе отказать в удовольствии поиграть на победу, и это закончилось неудачно. Правда, потом он все же дошел до конца дистанции с результатом +1.
Вот это был для меня такой первый интересный опыт, где я буквально видел плоды своей работы. А это редко бывает в шахматах, когда ты работаешь, и буквально сразу же видишь результаты: едешь на турнир и видишь вот такой успех.
После этого Голландская федерация обратила на это внимание, меня стали просить читать какие-то лекции, работать с какими-то молодыми игроками. Так что пришлось работать над материалом. И в какой-то момент я принял решение заняться этим довольно серьезно, и в течение пяти-шести лет много работал, стали только появляться ученики. Естественно, когда тренер только начинает свою карьеру, у него не так много учеников, и не все даже знают, что ты работаешь тренером. Я к этому очень спокойно относился, просто ставил себе задачу: восьмичасовой рабочий день. Если ученики есть – они есть, если их нет, то я работаю над материалом. Изначально было ясно, что для любого тренера нужен какой-то концепт, и над этим пришлось много думать, много работать.
Е.СУРОВ: И вы какой-то свой концепт нашли?
В.ЧУЧЕЛОВ: Да, все мои ученики знают этот концепт, он называется «стратегический баланс» - это такое очень известное десятидневное мучение. С кем бы и когда бы я ни начинал работать, обязательно в течение десяти дней человек должен пройти этот «стратегический баланс», эти мучения.
Е.СУРОВ: Но потом обычно становится легче?
В.ЧУЧЕЛОВ: Обычно да. Когда они уезжают…
Е.СУРОВ: Но возвращаются? Были те, кто после этих десяти дней не возвратились?
В.ЧУЧЕЛОВ: Редко когда не возвращались. В основном, возвращались.
Е.СУРОВ: Скажите прямо: тренерская профессия более доходная, чем игроцкая?
В.ЧУЧЕЛОВ: Вы знаете, тут вопрос сложный. Шахматы – это, безусловно, специфическая сфера деятельности, здесь есть и функционеры, и тренеры, и игроки. Я бы сказал, что игрокам первой десятки или двадцатки жаловаться не приходиться, учитывая специфику современных шахмат и современных турниров - если вы посмотрите, вы увидите, что организаторов интересуют в основном топ-игроки. А тренеров тоже не так много, и в последнее время явно видно, что престиж тренерской работы значительно поднялся. Людям стало ясно, что один компьютер мало чем может помочь.
Сравнивать очень сложно, но и там, и там, если вы хотите быть где-то наверху, надо очень много работать.
Е.СУРОВ: Говоря о компьютерах. Вы начинали как тренер в то время, когда они были еще не очень развиты. А сейчас ясно, что произошла вообще полная переоценка шахматных ценностей, сейчас совсем по-другому стали готовиться. Вы, естественно, тоже как-то меняли свои тренерские взгляды?
В.ЧУЧЕЛОВ: Безусловно. Я человек современный, очень быстро адаптируюсь к новым технологиям, ко всему такому. Например, я не вижу никакого зла в компьютерах, тут просто вопрос в том, как пользоваться компьютером, как пользоваться всей этой информацией. А сам процесс работы с компьютером – это целая наука, это опыт, который формируется с годами, и для тренера это очень важно. Я изначально следил практически за всеми развитиями компьютерной техники и сейчас слежу.
Е.СУРОВ: Кстати, вспоминая ваших игроков. Они же тоже разной формации. Тот же Люк ван Вели – старой закалки, что называется, а Фабиано Каруана – совсем новой формации. Но они же тоже отличаются. Скажем, тот же ван Вели приспособился к современным технологиям?
В.ЧУЧЕЛОВ: Тут мне трудно сказать, потому что с Люком я не работаю уже несколько лет, в последнее время он несколько отошел от профессиональной карьеры. Понятно, что турниры он еще играет, но так, как раньше, он уже не занимается, это не то, что было несколько лет назад, в 2007-2008 годах. Тут есть, конечно, определенная разница, но поколения здесь не имеют большого значения, тут все больше зависит от самого человека – как он к этому относится.
Е.СУРОВ: Мой вопрос вот о чем. Молодой человек, которого уже воспитали на компьютерной подготовке, имеет большее преимущество перед, условно говоря, тридцатилетним гроссмейстером даже уровня суперэлиты, который все-таки воспитан несколько по-иному?
В.ЧУЧЕЛОВ: Нет, я повторюсь: это совершенно не имеет отношения к возрасту или поколению. Например, мне уже 44 года, но, тем не менее, компьютером я пользуюсь не хуже Фабиано. Это вопрос чисто какой-то адаптации. Или ты следишь за трендами и работаешь с ними, или ты игнорируешь их и остаешься в своем времени – тогда у тебя, естественно, проблемы.
Е.СУРОВ: А если возвратиться к Фабиано, какие черты его характера проявляются в игре на доске?
В.ЧУЧЕЛОВ: Он по натуре боец, и у него есть определенная жесткость, взвешенность. А так сложно сказать. Безусловно, есть какая-то связь между личностью человека и тем, что отражается в его работе или, как у шахматиста, отражается на его доске. Но так сказать трудно. Понимаете, шахматы стали настолько универсальны, они так переплетаются и с личностью, и с компьютерами, и просто с работой, что все это в совокупности очень сложно отделить – где личность, а где шахматы. Это все вместе одна подготовка.
Е.СУРОВ: А если вспомнить Теймура?
В.ЧУЧЕЛОВ: Я думаю, что у него примерно также. Они с Фабиано, условно говоря, совершенно разные личности, и у них разные игровые качества. Теймур – более интерактивный, его интересует все, что вокруг происходит, он всегда в курсе всех событий. И то же самое у него в шахматах. Но тут все индивидуально, тут трудно проводить какие-то параллели между личностью и шахматами. Конечно, что-то отражается, но в таких, я бы сказал, критических ситуациях.
Е.СУРОВ: Хорошо. А если не сравнивать их между собой, все-таки у Теймура и у Фабиано какие шансы стать хотя бы претендентами на корону? Выйти на матч с чемпионом мира?
В.ЧУЧЕЛОВ: Это очень сложный вопрос. Пока только ясно, что Фабиано делает определенный прогресс.
Е.СУРОВ: Фабиано сейчас второй в текущем рейтинге.
В.ЧУЧЕЛОВ: И даже несмотря на рейтинг, чисто если посмотреть на последние турниры.
Е.СУРОВ: Вы считаете, что он идет поступательно вверх?
В.ЧУЧЕЛОВ: Поступательный процесс, безусловно, есть. У Теймура сейчас стоит несколько другая задача – ему нужно вернуться на тот уровень, который у него был, и оттуда уже смотреть, как делать шаги дальше. В данный момент у них немножко разные задачи. Но у обоих, безусловно, есть шансы, что я еще могу сказать по данному поводу? Но это зависит от них. Как они будут работать, насколько серьезно будут относиться. Ну, и от удачи немножко тоже.
Е.СУРОВ: Прогноз на Олимпиаду дадите?
В.ЧУЧЕЛОВ: Ой, это очень сложно! Тут только все началось, много команд, и я думаю, что будет еще много сюрпризов. Ну, российская… Я думаю, вас интересует российская команда?
Е.СУРОВ: Почему? Меня интересует… А на кого бы вы поставили в данный момент?
В.ЧУЧЕЛОВ: Это очень сложный вопрос. Тут все очень сложно, в зале кондиционеры работают не очень…
Е.СУРОВ: Да, тут много факторов, которые могут повлиять на результат.
В.ЧУЧЕЛОВ: Да, много факторов. Я думаю, что просто будет интересная Олимпиада, как любые олимпиады, будет еще много захватывающих матчей. Так что будем следить. Но прогнозов пока что нет. Вот российская сборная хорошо начала. Но главное – как они закончат? Но ясно, что здесь любая сильная команда может претендовать на победу.
Е.СУРОВ: Большое спасибо! Я напомню, что у нас в эфире был Владимир – как он сам себя назвал, ЧучелОв. Но нам все-таки более привычно ЧУчелов. Лучший тренер 2013 года, по мнению комиссии ФИДЕ, а ныне он помогает Фабиано Каруане, Теймуру Раджабову и, как выяснилось, еще очень многим. Но я знаю только тех, кого вы перечислили!