"И тропинка, и лесок, в поле каждый колосок!"

Не, ну, в смысле примитивной мурзилки оно можно принять и так, конечно. В этом смысле и цикл Карно можно опримитивить до "Машина едет потому, что двигатель делает дыр-дыр-дыр". В принципе, не поспоришь, и определённая истина в этом имеется. Только толку с этого могучего определения немного.

Кроме того, становится совершенно непонятно - с чего это дикие папуасы, не знающие греха, буржуинства, частной собственности и государства, однако, как только набьют пузо получше, офигачат по башке всех пещерных медведей в округе и огуляют всех своих племенных подруг - сразу же начинают засматриваться по сторонам и чесать репу: "А что там, за холмом? А вдруг там ништяки? А если они там есть, то почему не наши? Мы чо, пальцем деланные, или где?". И отправляются туда. А буде там окажутся какие другие папуасы, наивно полагающие, что ништяки, женщины и право бить по башке местным медведям и мамонтам принадлежит им, то им надо быстро объяснить, что они не правы. А буде те будут вякать - быстро-быстро выпилить этих, которые "не наши". А то чо они обурели ваще что ли?

Не нравятся папуасы - можете на гамадрилов, там, посмотреть. Ровно всё то же самое. Заметим - ни буржуинов никаких нет, да и с частной собственностью как-то не особо, я уж не говорю про всякие учения Гоббса и прочий социал-дарвинизмь они не изучале. Зато отлично знают что тут "наше", и заходить на территорию чужим не положено.

Гамадрилы, правда, весьма биологически ограничены в поползновениях за пределы сформировавшегося устойчивого сообщества. Попытки экспансионировать или расшириться мгновенно приводят к разрушению такого общества. Ну в принципе неспособны гамадрилы существовать в обществе выше какого-то числа особей. Мозги взрываются. Не могут освоить пространство больше типичной семейной территории в дневной переход радиусом. Нету столько ячеек памяти. Перенаселение грозит схлопыванием. Как мыши или саранча внезапно расплодившись в результате благоприятных условий выше бионормы напряжения на территорию сжирают всё и дохнут с голоду, уменьшаясь в численности до многократно меньшей чем стабильная, и потом долго-долго восстанавливают устойчивое устройство биоценоза на данной местности.

Человек оказался способен выйти за эти природой установленные рамки. Сломать прокрустово ложе замкнутой биосистемы. У человека в биологии заложена страсть к экспансии, расширению "своей" территории. Присоединению захолмовых ништяков. Прописано на уровне инстинктов, в досоциальном. Повторяю - то же и у бабуинов, да вообще у любых живых существ. Экспансировать, распространять свои гены как можно шире. Только если амёбам, мышкам и павианам природа ограничивает рамки и бьёт по голове, то человек вышел из них. Только вот сами инстинкты и стремления никуда не делись. А преломились уже в социальном и сознательном. В виде непонятной тоски, когда выходишь к калитке и размышляешь: "А что там за лесом? А вдруг там хорошо, и почему там нет нас?"

"Мы" - это очень базовое.Неопределённое, но существующее на уровне инстинктов. "Нас", "наших генов" должно быть много, должны быть везде! Так диктует природа. Уже умом мы можем обосновывать это инстинктивное "мы" в государства, страны, нации. В "человечество" даже, если хотите. Что не отменяет того стремления и тоски, которое возникает когда этого "мы" оказывается как-то мало.

Как племя папуасов, набив пузо и удовлетворив базовые потребности, мы точно так же начинаем оглядываться вокруг себя, осознавая, что кругом вот - наше. А не ихнее, тех, кто за холмом. И хочется чего-то большего. Заметьте тоску каких-нить убогих латвияк. Живут, не тужат. Жруть хорошо, выше среднего по мировым меркам. Отхватили "своего". Маленького, но очень гордого пространства. Жизнь удалась. Сиди себе, пой народные песни "Раскидаю я навозец" и прочий фольклор с вышиванками, например. Ан нет, не сидится чо-то.

Ибо сие оказывается жизнью бабуина загнанного природой в ареал, выше которого не прыгнешь. Радиусом в день пути и всё. А тоска-то у них та же. Хочется принадлежать чему-то большому. Разносить свои гены не на обрыдшую подругу, а за лес, горы, моря. Какие бы они не были маленькие и гордые, но в социальных инстинктах у них уже прописано, что "большие - лучше чем маленькие". Что если не можешь сам - прислонись к бОльшему и обретёшь спокойствие, а твои потомки достигнут самых дальних уголков.

Реализуют сию тягу разные нации по разному. Проебалты просто прислоняются к большому и сильному, и как только можно - растворяются в бОльшей общности, пытаясь доказать, что их "Мы" теперь все 500 мильонов Еуропы со всеми ништяками. И даже готовы ради этого быть форпостом от орд монголоидных варваров. "Все поляжем ради вас, дайте только визу в Шенген!", кароче. Поляки мриют, проебав 500 лет как свою пукалку, что они ещё всем покажут и распространят своё "мы" от можа до можа, ага. Укры же работают на две стороны: и к Еуропе прилепиться хочется со своей раскладушкой, ну а пока не выходит экспансировать в пространстве - они экспансонируют во времени. Раз - и захватили делянку на 140 тысяч лет в историю. "Мы тут всегда одни были! Копали Чёрное море и пирамидки тоже построили!". Виртуальный захват и экспансия греют душу и чешут приятное не меньше, чем реальное. Особенно когда в реале похвастаться нечем, а природа всё одно требует.

Повторяю ещё раз: тут нет ещё никаких буржуинов злых. А комплекс собственнических и экспансивных представлений уже во весь рост. Среди самых натуральных коммунаров первобытного мира. И никаким Рокфеллерам не надо натравливать своих пролетариев на чужих ради своих барышей. Те и сами с удовольствием подушат, без подсказок злых буржуинов и царей. Только в путь. "За Родину!" - и понеслась.

Не будем отрицать и наличие буржуинов. Но это - не причина войн и существования государств, стран, наций, с разделением внутре и объединением вовне. Это только следствие. Как стаду баранов свойственна стадность, а ходят они за вожаком, и никак иначе. И этот вожак всегда будет и будет выделен, пока есть стадо и стадное сознание. Так и правители с буржуями будут автоматически выделятся, пока законы человеческого общества не придумают себе что-нить поновее. Или не достигнут неких естественных рамок, окуклящих процесс экспансии на некоем естественном уровне. За чем последует устаканивание и конец движения. Когда вопросы отпадут сами собой и жизнь пойдёт по-животному. Без вот этих метаний и "Быть иль не быть?", ибо метаться смысл потеряет.

Впрочем, пока таких рамок не видно, и есть оптимистическое подозрение, что так или иначе глобализация таки создаст некий боль-менее устойчивый коллектив с общим сознанием "мы" и направленной экспансией дальше - за гору и лес, благо, что вселенная велика и ништяков хватит. Ну а злые буржуи. А что буржуи? На некоем этапе станут не нужны, как пещерные медведи, я думаю. Диалектически сыгравшие свою роль в разделении во время экспансии они неизбежно готовят себе гибель, работая нынче на объединение человечества в одно большое "МЫ". Когда Родиной каждой может считать в равной степени и Москву, и Куала-Лумпур, и Килиманджаро. А гены мои будут рассеяны от чукотки до Марса, и потомок будет с равной теплотой считать родными и с детства любимыми и Пушкена, и Диккенса, и какого-нить Сунь Цзи Ляо. "Это всё моё, родное! Эта Родина моя! Всех люблю на свете я!". А за горами ещё много ништяков, куда следует заглянуть и надавать по бошкам тамошним пещерным медведям. А то чо они, а?