Как студенты и аспиранты правят свои работы, чтобы они прошли «Антиплагиат»

Как заведующий кафедрой я должен подписывать заключения об объёме заимствований в студенческих дипломных работах ( по результатам их анализа системой « Антиплагиат»). А я , честно говоря , люблю понимать , что именно я подписываю , поэтому обычно просматриваю не только цифровой отчёт , но по диагонали — и сам размеченный « Антиплагиатом» текст работы. И вот вчера мне довелось пережить подлинный катарсис! Я , конечно , давно знал , что индустрия « профессиональной помощи» при написании курсовых , дипломных и диссертационных работ в последнее десятилетие переживает период пассионарного расцвета. Впрочем , на филфаке с этим сталкиваешься нечасто. Но вот о том , что существует целая индустрия по техническому обходу « Антиплагиата», я до сих пор как-то как-то даже и не задумывался. Итак , в ускоренном темпе листаю отчёт. На фоне привычной цветовой гаммы — белое с красным ( оригинальный текст и дословные заимствования) — вдруг вижу огромный кусок девственно белых тонов , причём с абзацными отступами где-то посередине строки. Немного вчитываюсь. Обалдеваю. Аккурат посреди предложения о разновидностях глаголов вклинивается невразумительное нечто объёмом в 50 тысяч знаков ( . ), то есть примерно на треть средней дипломной работы! По стилю и сюжетике напоминает передовицу районной газеты. Однако даже в районках не пишут с таким размахом , поэтому белиберда — от первого до последнего слова — повторена раз пять. Меня одолевает любопытство. Лезу в исходный файл. Ввожу в поиск первую попавшуюся белибердовую фразу. «Ворд» сразу же находит пяток вхождений и перебрасывает меня на страницу , где … этого текста нет и в помине! Разорванное предложение о глаголах сшито идеально — любой хирург позавидует. Тут я , надо сказать , увлёкся и минут двадцать посвятил изучению технологии Первое , что пришло в голову: текст набран мельчайшим кеглем и выкрашен в белый цвет , а потому сливается с фоном. Жму Ctrl + A , выставляю 14-й кегль , перекрашиваю в чёрный. Ничего не меняется! Какие ещё возможны варианты? Например , масштаб шрифта. Ставлю для всего текста стопроцентный. Для пущей надёжности возвращаю все прочие шрифтовые параметры к значениям по умолчанию. Не срабатывает! Посмотрим , что там со стилями? И в стилях ничего криминального! Не уверен , что получится сделать это незаметно , но , установив , отрицательные абзацные отступы , можно попытаться спрятать « неудобный» фрагмент за границами страницы. Снова ошибся! Впрочем , абзацами манипулировать неудобно. Есть варианты поэффективнее. Любой продвинутый текстовый редактор позволяет создавать объекты-контейнеры , в которые можно вставлять текст , но которые допускают произвольное размещение на странице , независимо от абзацного членения. Например , таблицы , «Word Art», так называемые надписи… И тут я покаянно говорю себе: «Упс!». Ведь простодушный « Ворд» с самого начала и пытался мне об этом сообщить , выводя в результатах поиска перед обнаруженным вхождением словечко « Надпись»! Остальное уже — дело техники. Нахожу размещённый за предложением о глаголах крошечный объект размером полтора на два сантиметра , в который втиснута уймища мусорного текста , набранного вторым кеглем и выкрашенного в белый цвет. Приятное свойство объекта « Надпись» состоит в том , что , даже при тотальном выделении содержимого документа , любые шрифтовые и абзацные манипуляции текст надписи не затрагивают. Не подсвечиваются в нём и сомнительные с правописательной точки зрения фрагменты. Пока надпись не открыта на редактирование , для « Ворда» она равнозначна изображению. Эксперимент — дело , безусловно , хорошее. Но коллеги со мной согласятся: без вдумчивого изучения работ предшественников исследователь не ощущает в своём творении благодатной завершённости. Поэтому , разоблачив анти-анти-плагиаторов , я полез в Интернет изучать историю вопроса. Как оказалось , игры с кеглем и масштабом тоже в чести. Так что ход моих мыслей был , в общем-то , правильным. Чтобы проверка правописания не выдала внедрённый лилипутский текст своим подчёркиванием , в параметре « Язык» ему присваивают что-нибудь поэкзотичее, — например , «Албанский» Но сегодня такой примитив уже не в моде. Последнее слово науки — это ручная правка исходников. Тем , кто забыл , напоминаю , что вордовский файл последних версий ( docx) представляет собой обычный архив , содержащий встроенные объекты и сам текст в формате xml. И умные люди наловчились так править xml-разметку ( задавая , например , отрицательные значения для кегля), что текст становится не только невидимым , но и неуловимым: стандартными инструментам « Ворда» расконспирировать его оказывается невозможно. Однако есть у мошенников Ахиллесова пята. Можно , пожалуй , запрятать текст в такие вордовские глубины , что его не увидит никто и никогда. Но это мошенникам не нужно. Им нужно , чтобы мусорный текст не мог увидеть человек , но непременно увидел бы «Антиплагиат», иначе все их маскировочные труды пойдут прахом. А то , что видит « Антиплагиат», увижу и я в его отчёте. Ставка делается на то , что в полный текст отчёта никто обычно не заглядывает. А студенту , решившему таким занимательным способом повысить процент оригинальности своей ВКР , спасибо! Давно я уже на рабочем месте так не развлекался Всё , знаете , учебные планы , да отчёты , да прочие , с позволения сказать , ОПОПы…