Водка, пиво, две туфли. Правозащитник работал без выходных

На прошлой неделе в суде Октябрьского района Минска начался процесс по делу руководителя частного культурно-просветительского учреждения «Платформ инновейшн» Андрея Бондаренко. Правозащитнику вменяются хулиганство, злостное хулиганство и особо злостное хулиганство и грозит до 10 лет лишения свободы.

«ЧТО ТЫ ДЕЛАЛ ЭТИМИ РУКАМИ?»

Инциденты произошли 5 февраля и 27 марта 2014г. По версии следствия, в февральском эпизоде Андрей Бондаренко у входа в кафе «Древняя легенда» не менее раза ударил по лицу «господина Яворского». Сам потерпевший в суде так и не появился, поэтому обвиняемый отказался давать какие-либо комментарии по этому эпизоду: «Я просто хотел посмотреть ему в глаза, как мужчина мужчине. Потому что я его не бил».

Коллега Бондаренко по «Платформе» Елена Красовская-Касперович, которая была с ним в тот вечер в кафе, характеризовала обвиняемого как «умного, спокойного, образованного и доброго» человека и утверждала, что Яворский сам во многом спровоцировал конфликтную ситуацию.

По словам Бондаренко, «был особо удачный день» и им «было что отметить». Он выпил «около 150 грамм водки, может, немного больше», рассчитался, после чего отправился домой. На выходе из кафе к обвиняемому обратился молодой человек с просьбой закурить. Но когда Бондаренко достал спички и попытался их зажечь, «Яворский вдруг заявил: «Дай я сам прикурю, я не знаю, что ты этими руками делал» и, по разным версиям, то ли отвел руки Бондаренко в сторону, то ли «дал по рукам Андрею и забрал из его рук спички». Такой жест и свидетель, и сам Бондаренко расценили как оскорбительный. Тем более что Бондаренко «уже сидел и знает тюремные законы», и жест этот ему крайне не понравился: «В тюрьме такое поведение ничего хорошего не значит».

И когда Яворский стал «хватать Бондаренко за одежду», обвиняемый не сдержался и ударил его по лицу. Яворский от удара «сделал пару шагов в сторону, присел, минутку посидел, поднялся и бодро ушел» - по версии свидетелей. По версии же обвинения, Яворский пролежал без сознания «минут 20», после чего отправился в милицию писать заявление.

СОСЕДКА БЫВАЕТ КУСАЧЕЙ

Второй эпизод, произошедший 27 марта, также связан с походом Бондаренко в кафе. Около часа ночи правозащитник возвращался домой из кафе вместе со своим «22 года как лучшим другом» Андреем Олейниковым, где они выпили «500 грамм водки на двоих». Приятели чувствовали себя неплохо, «в пространстве ориентировались».

Остановившись у подъезда покурить, оба заметили «подвыпившую» соседку Татьяну Родион. Так в тот день сошлись звезды, что Родион тоже было что отметить - она праздновала свой день рождения с подругой, выпив, по ее словам, 2 л пива. Подходя к подъезду, Родион, неровно дышащая к артисту Максиму Галкину, усмотрела в Олейникове некоторое сходство с кумиром и легко пошла на контакт с соседом, попросив Бондаренко познакомить ее с Олейниковым. Спустя несколько минут, по словам Бондаренко, «Родион предложила подняться к ней и продолжить вечер. Сказала, что что-то у нее есть».

Бондаренко пояснил, что вместе с Олейниковым он должен был с раннего утра ехать в Брест, поэтому никакие ночные посиделки в планы его не вписывались. Поднявшись по лестнице на третий этаж, Бондаренко открыл дверь собственной квартиры и «впихнул туда Олейникова», чтобы пресечь любые попытки друга подняться дальше - в квартиру Родион. После этого правозащитник повернулся, «руки были вытянуты на уровне груди». В этот момент повернулась и Родион. Как говорит обвиняемый, Родион со словами «что вы делаете? Он сам может решать, как провести этот вечер, укусила меня за мизинец левой руки: я был в шоке, не знал, что делать, но я ее не бил. Точнее, я не помню, чтобы я ее бил. Возможно, я ее как-то хотел отпихнуть, забрать свой палец. Мне было очень больно, я подчеркиваю, у меня была кровь».

Далее в потасовку вмешался Олейников, который хотел дойти до туалета, но услышал «громкие звуки женского недовольства» и повернул назад, застал «двух вцепившихся друг в друга людей», кинулся их разнимать.

Потерпевшая Родион трактует события несколько иначе. Она утверждает, что, поднимаясь по лестнице, почувствовала толчок в спину: «Я, естественно, повернулась, так как вообще не поняла, что происходит. А Бондаренко мне говорит: «Давай проваливай, пока не получила». Я хотела возмутиться, но он начал меня бить кулаками». Такой поворот событий шокировал Родион, отчего она схватила обвиняемого зубами за палец, «чтобы хоть как-то защищаться».

Крики Родион услышала ее мать Наталья Траулько, которая побежала на помощь дочери и увидела, как «Бондаренко пытался добить мою дочь ногами. Олейников еще тогда крикнул: «Андрей, успокойся, как с тобой ни сойдусь, у тебя вечно какие-то проблемы». «Я так тогда поняла, что с Бондаренко это уже не в первый раз», - заявила мать потерпевшей.

ИГРА НОГОЙ

На этом эпопея не окончилась. Родион, получив по голове, вполне резонно решила вызвать милицию. Решил вызвать милицию и Бондаренко, потому как посчитал все происходящее провокацией. На вопрос судьи о том, что он подразумевал под словом «провокация», Бондаренко ответил: «Я испугался. Позвонил в милицию, чтобы дело не повернулось против меня. Но Татьяна позвонила первой».

Позже на голове и ногах Родион были обнаружены множественные гематомы и ссадины, а «с макушки была снята кожа. Я сразу этого не поняла, но на следующее утро почувствовала боль в области затылка, а потом заметила запеченную кровь», - поясняла суду потерпевшая. Гособвинение считает, что в момент нанесения ударов в правой руке Бондаренко находилась связка ключей от квартиры - «кулаком вряд ли возможно снять кусок кожи с головы». Бондаренко и его адвокат не уставали настаивать, что «никаких ключей в руках не было. Они были в дверном замке. Наверняка кожа была снята собачкой на куртке. Они на ней железные и очень большие».

Приехавшие сотрудники милиции забрали в РУВД всех четверых: Олейникова, Бондаренко, Траулько и Родион. И даже бережно рассадили их по разные стороны от стола в фойе отделения, чтобы беспокойные женщины и мужчины не поругались. Относительный мир поддерживался, пока в помещении находился Олейников. Но как только его увели для дачи показаний, Бондаренко «решил абстрагироваться от всего происходящего, облокотиться на стул и закрыть глаза». Это очень оскорбило Траулько и Родион, которые расценили это как высшую степень бессердечности: «Тут такое случилось, а он берет, чуть ли не ложится и засыпает!» Родион решила задокументировать такое неслыханное хамство и «его сфотографировать».

«Когда я хотела сделать последнюю фотографию, - утверждала Родион, - он выбил ногой телефон из рук и лег дальше, как будто ничего и не было». Телефон разлетелся на три части, которые обе женщины стали собирать, ползая на коленях. И когда Траулько максимально близко подлезла к Бондаренко, чтобы «забрать батарейку, то услышала, как дочь посоветовала быть поосторожнее, а то он может еще и ударить». В этот же момент Траулько «получила носком туфли Бондаренко в глаз».

Несмотря на полученные повреждения и моральный ущерб, Родион и Траулько готовы простить Бондаренко, ведь «у него жена и маленькая дочь. Пусть она идет в первый класс и хорошо воспитывается папой».

Сам Бондаренко не уставал извиняться перед потерпевшими. Слова «мне очень жаль, что так получилось. Я извиняюсь перед Татьяной и Надеждой. Я не хотел им принести вред и уж тем более не хотел их бить. Это недостойный поступок» по ходу заседания прозвучали около десяти раз.

ДРУЖБА КРЕПКАЯ

«Это все из-за меня произошло», - раскаивался перед судом друг Бондаренко Олейников. По его версии, причиной поведения обвиняемого стал его опыт: «Андрей знал, что в состоянии алкогольного опьянения я склонен выказывать желание продолжать банкет. Он пытался меня остановить». Коллега Бондаренко Красовская-Касперович винит в произошедшем жесткий график обвиняемого: «Что сказать? Это урок всем правозащитникам, которые работают без выходных. Отдыхайте больше! Иначе - сами видели, во что это может вылиться». «Они пили водку. Она пила пиво. Ну нельзя мешать водку с пивом, ребята, это ж с детства известный факт!» - пытался пошутить кто-то в задних рядах.

Однако добрая часть правозащитного пула считала, что «дело Бондаренко» - чистой воды провокация. Некоторые даже уверенно утверждали, что факты сфабрикованы, женщины - наняты, а весь судебный процесс - не что иное как «демонстрация идиотизма диктаторского режима». И, более того, «препятствие осуществлению интеграции Беларуси с демократическими странами европейского блока».

СУДЬЯ СУРОВ, НО ОН СУДЬЯ

Больше всего правозащитников смущает, что в РУВД, сразу после того как Бондаренко ударил Яворского, получили прямую наводку на Бондаренко от некой «позвонившей женщины», личность которой сотрудники милиции держат в тайне. По инциденту с Родион защита обращает внимание на то, что осмотр состояния самого Бондаренко был исключительно визуальный, и заявляет ходатайство на осмотр его состояния, чтобы «установить тяжесть его повреждений». Также адвокат считает необходимым вызвать или, при необходимости, привести в суд потерпевшего Яворского, который пока что решительно не желает появляться в Доме правосудия.

Судья Алла Абакунчик всю неделю разбирательств крепко держала в узде всех участников процесса - от обвинения и потерпевших до защиты с обвиняемым. Каждый день слушаний Абакунчик стандартно начинала с того, что отклоняла длинный список ходатайств со стороны защиты, как отклоняла и почти все вопросы Бондаренко свидетелям, посчитав эти вопросы «наводящими».

Окончательно вывели судью из себя, судя по всему, свидетели, друзья-коллеги Бондаренко, которые, умея говорить красиво и витиевато, никак не могли ответить на ее вопросы прямо. «За что и чем он вас взял?» - пыталась выяснить Абакунчик у Олейникова, каким образом заталкивал Бондаренко своего друга в дверь. «Ни за что он меня не брал, высокий суд! Я бы попросил. »

Накал обоюдного негодования между судьей и адвокатом дошел до такой степени, что судья была вынуждена объявить перерыв, «чтобы все пришли в себя, потому что эмоции тут никому не нужны».

«Я мало что понимаю, люди!» - отмахивалась от прессы потерпевшая Родион. И все время повторяла, что тот вечер и все, что с ним связано, она «хочет забыть, как страшный сон».