"Белый Тигр": рецензия-напоминание. Часть I
Через некоторое время после выхода на экраны «Белого Тигра» от избытка чувств написал на него рецензию, но по горячим следам опубликована она ни в каком виде не была.
И вот сейчас, накануне долгожданного выхода в прокат народного художественного фильма «28 панфиловцев», со стороны неравнодушных недоброжелателей пошли странные сравнения картины с ранее выпущенными фильмами маститых и именитых творцов. Озвучиваются сравнения, в частности, с «Белым Тигром» и «Сталинградом». Про второй скажу кратко: при голливудской картинке ничего, кроме отвращения, он у меня не вызвал.
А вот танчики люблю с детства, в 16 лет был к своей радости даже приписан в танковые войска (хотя служил в результате в ВВС, о чём ни разу не жалею). Поэтому хочется кое-что напомнить про картину режиссёра Шахназарова, к моему удивлению, собравшую целый урожай призов и наград.
Текст большой, поэтому вынужден разбить его на две части; ссылка на окончание в конце.
Мороженая клубника со сливкамиили Загадки «Белого Тигра»
Собравшись с духом, просмотрел увенчанный высокой наградой («Золотой орёл» Национальной Академии кинематографических искусств и наук России в главной номинации — «Лучший фильм 2012 года») самый масштабный кинопроект Карена Шахназарова «Белый Тигр».
Фильм оставил очень странное впечатление. Но обо всё по порядку.
1. Откуда дровишки?
Для начала разговора обратимся к литературной первооснове сценария обсуждаемого шедевра. Ею стала повесть Ильи Бояшова «Танкист, или „Белый Тигр“».
Тон данному произведению задаёт первая же фраза:
В нашей истории знаменитых «побоищ» было два: Ледовое и Мамаево. Слово в буквальном смысле является устаревшим, в переносном же — использовать его в отношении Курской битвы может разве что человек, считающий историком Бориса Соколова — «доказавшего», что наша Победа достигнута ценой восьми жизней наших погибших солдат к одному убитому гитлеровцу.
Надо сказать, что это предположение небезосновательно: вся «боевая» часть повести смакует уничтожение советской бронетехники в промышленных масштабах.
Сама фабула повествования уничижительна по отношению к тем, кто вообще-то должен быть для автора своими. Сверхъестественное порождение Курской битвы, сгоревший и переродившийся в неубиваемого нелюдя танкист Найдёнов стремится уничтожить сверхъестественного и также непоражаемого немецкого «Белого Тигра». Но если оный Тигр сверхъестественен и непоражаем целиком, нам война подарила лишь одного человекообразного монстра. Найдёнов ищет своего мистического врага, но в процессе поиска его танки горят один за другим. Разумеется, вместе с экипажами.
И лишь один Ванька-Смерть возвращается к своим, чтобы стать мехводом очередного обречённого танка и экипажа.
Задержался у него лишь последний, специально подобранный для борьбы с Белым Тигром экипаж. Да и то лишь, наверное, потому, что сам состоял из чуть не сверхъестественных упырей-подонков. Лучший наводчик танковых войск сержант Крюк — патологический мародёр-клептоман и сексуальный террорист, не гнушающийся насилием.
Прекрасно, как говорится, всё. Включая глубокое понимание автором менталитета своих бабушек (автор — 1961 года рождения).
Не могу удержаться от ещё одной цитаты:
Слово в квадратных скобках подставил я; высиравший кучи одна другой больше да вонючей автор вдруг изобразил из себя девочку-целочку и поставил многоточие в тщательно выбранной им из культурного наследия частушке.
Пройдусь по некоторым особенно запомнившимся деталям повествования.
Мудрость автора и знание им реалий войны и мира нередко обжигают напалмом правды.
Да, перед войной и во время её «тридцатьчетвёрок» всех типов и модификаций было выпущено не менее 50 000 штук. Этого количества бы явно не хватило при боевой живучести Т-34, равной одному бою.
На самом деле, несмотря на Тигров и Пантер, боевая живучесть «тридцатьчетвёрки» к концу войны даже возросла; в ходе наступательных операций 1944 и 1945 годов, длившихся по 15—30 дней, средняя «тридцатьчетвёрка» возвращалась в строй от 2 до 4 раз после боевых повреждений и поломок.
Так, во время Львовско-Сандомирской операции 1-я гв. танковая армия прошла с боями около 350 км. За 14 дней операции армейскими силами было отремонтировано 1300 танков Т-34 и самоходок на их базе — это при том, что на начало операции в армии числились 624 единицы бронетехники.
Да, конечно, бывали и взрывы боекомплекта, и взрывы паров солярки в неудачно расположенных бортовых топливных баках, но утверждение автора о едва ли не обязательном сгорании «тридцатьчетвёрки» после первого боя так же далеко от истины, как нижеследующий персонаж —
Собственно, в созданном автором образе «приблатнённого урки», как в капле, отражается достоверность и всего выдуманного им мира, не имеющего к реальности никакого отношения, несмотря на упоминания реально существовавших людей и танков.
С апломбом дипломированного историка автор набрасывает и набрасывает большой совковой лопатой говна и грязи в рисуемую им картину войны.
Технологии литья и сварки до того изощрились, что дешевле было смастерить (всего-то за пять-шесть конвейерных часов) новый танк, чем волочить на ремонтный завод подбитый. Так что с осени 44-го даже раненым «тридцатьчетверкам» был подписан смертный приговор. О человеческом материале вообще не задумывались: ушёл в расход — честь ему, слава и кое-как сколоченная тумба! Новых водителей и башнеров пригоршнями черпали из резервов.
Из шестидесяти пяти «коробок» до хохлятских мазанок добралось пять. Сгорели, облитые брызнувшей соляркой, лейтенант-мальчишка, узбек и урка вместе с юнцом-водителем. Поражённые осколками брони при ударах «болванок», сгинули опытные наводчики и необстрелянные командиры, молодые башнёры и пожилые механики (в миру шофёры и трактористы). Дымом очередного танкового жертвоприношения затянуло пол-горизонта. Однако, немцы не выдержали. К ночи, в очередном, освобождённом ценой погибели тысяч людей, крохотном пункте собрались остатки приданной бригаде пехоты (мёртвые цепи её лежали перед окопами), артиллеристы, чудом протащившие свои «76» по изжёванному гусеницами и ямами полю, плачущие от бессилия девочки-санитарки, охрипшие от неистощимой ругани капитаны и полковники — и немногочисленные оставшиеся «безлошадными» танкисты.
Очередная маленькая локальная победа, как всегда, достигнута методом заваливания врага тысячами трупов и превращёнными в металлолом танками. Описательная часть, как всегда, на высоте: можно легко представить, как поле «жуют» гусеницы танков. Но вот чтобы увидеть, как поле жуют ямы — думаю, без открывающих чакры веществ дело не обошлось.
Бойцы и командиры РККА в повести в большинстве своём симпатий не вызывают. Один из командиров найдёновского танка дезертирует после того, как
Судьба (то есть автор) ведёт своих «лучших людей» по принципу «Live fast, die young». Сразу после Победы наводчика расстреляют за очередное изнасилование со смертельным исходом. Заряжающий отправился в верхнюю тундру сам, когда не внял предупреждению горних сил и второй раз принял на грудь лошадиную дозу метилового спирта.
Сам же Ванька-Смерть самовольно отправляется заколачивать последний гвоздь в крышку гроба Белого Тигра. Гвоздём должен стать последний бронебойный снарядик, обнаружившийся в лично восстановленном Найдёновым шкодовском танчике LT vz.35 или, по-вермахтовски, Pz.Kpfw. 35(t). Мистической силе только что разгромленного рейха до гибели не хватает лишь укуса 37-миллиметрового снарядика.
Хэппи-энда, однако, не происходит, и мы остаёмся в неведении: успеет ли Найдёнов кончить своего врага, или его самого уничтожат свои, поднятые по тревоге для расправы с окончательно сорвавшимся с катушек танкистом.
Автор сего опуса, кстати сказать, коренной петербуржец, выпускник истфака Ленинградского пединститута имени Герцена. Жаль нахимовцев, которым он, пишут, 18 лет преподавал историю.
В общем, есть все основания предполагать, что господин Бояшов писал своего «Танкиста» в полном соответствии с озвученным в одном из своих интервью тезисом: «Чем больше в книжке врешь, тем лучше получается. »
Ничего лучшего для литературной основы сценария масштабного художественного фильма о войне в память о поколении победителей Александр Бородянский и Карен Шахназаров не нашли.
Теперь посмотрим фильм и узнаем, удалось ли сценаристам и режиссёру сделать из говна конфетку.
2. Кино и немцы
По мотивам вышеразобранного опуса сценаристы Александр Бородянский и Карен Шахназаров написали сценарий, по которому знаменитый режиссёр и лауреат (а также генеральный директор киноконцерна «Мосфильм», член КПСС с 1985 года и потомок древнего княжеского рода) снял художественный фильм «Белый Тигр».
С одной стороны в фильме наблюдается нехарактерная для отечественного кино о войне внимательность к «техническим» деталям. Правда, по традиции разбавленная густой «технической» клюквой.
Тон задают самые первые кадры, где мы видим подбитый Т-34 выпуска Сталинградского тракторного завода 1941 года и британскую «Матильду». В кадрах мелькают американский М3 «Ли», добротно сделанный макет подбитых немецких «четвёрок». На эшелоне с военным металлоломом мы видим не менее добротный макет «радийного» БТ-5 (который «сказал» Найдёнову, что был подбит «Пантерой».
1) Неплохой макет разбитого Pz.Kpfw.IV (Ausf. F2 или ранний G, выпускался в 1942 году). 2) Первое появление в кадре британской Матильды с жестоко треснувшей лобовой бронёй, что странно: для начала войны бронирование Матильды было отличным, вот вооружение — слабовато (в СССР таких прибыло 918) 3) Первое появление в кадре шедевра американской танковой мысли — танка М3 Lee (эм-три Ли) с трёхъярусным вооружением (таких у нас было тоже около 1000).
Радуют глаз немецкие полугусеничные бронетранспортёры SdKfz 251 Hanomag. Не все знают, что этот самый «Ганомаг» чехи на Татре выпускали аж до 1962 года и сняли его с вооружения только в начале 1980-х, а с длительного хранения и вовсе в 1995. Так что их тотальное отсутствие в советских фильмах о войне остаётся для меня загадкой — вполне можно было закупить у чехословацких товарищей пару-тройку таких для легендарного мосфильмовского гаража.
1) Т-34 выпуска 1941 года. Детали — что надо: буксирные петли (позже появились крючья), люк механика-водителя с одним прибором наблюдения и два дополнительных прибора по сторонам для обзора вперёд-вбок. 2) Разбитая «тридцатьчетвёрка» с башней-«гайкой», появившейся в 1942 г. Маска противооткатного устройства сделана всё же халтурно. 3) «Комсомолец Урала» — «тридцатьчетвёрка», прошедшая послевоенную модернизацию, с катками от Т-54/55. А вот впереди неё — танк на одном из вариантов «старых» катков.
«Тридцатьчетвёрок» в фильме много. В виде подбитых встречаются едва ли не все серийные модификации Т-34-76 от 1941 до 1943 годов выпуска, но основным «героем» является Т-34-85. Правда, большей частью на катках от танка Т-55 (с целью унификации в 60-х годах «тридцатьчетвёрки» «переобули»). Странно: макеты техники сделаны очень тщательно, например, люк встречающегося в нескольких эпизодах Т¬34 первой модификации с одним призменным прибором в крышке и двумя по бокам для обзора вперёд-вбок. А здесь — сэкономили копейки на элементарных фанерных накладках.
По-настоящему подвёл главный «стальной» герой фильма. К сожалению, в съёмках не принял участие изготовленный в Самаре специально для фильма абсолютно точный самоходный макет танка PzKpfw VI (T-VI) Тигр в натуральную величину. Затянулось устранение неполадок, и в результате под Тигра загримировали обычный советский ИС-2, ходовая часть которого бросается в глаза любому неравнодушному к танкам зрителю, даже прикрытая выдуманными фальшбортами. Кроме того, ИС на 62,5 сантиметра уже Тигра и притом почти на полметра длиннее, и эту разницу в пропорциях невозможно «загримировать» никакими фальшбортами: Тигр в кино вытянувшийся и осунувшийся.
Белый Тигр из ИС-2. Именно потому, что он из ИС-2 (башня имеет более переднее расположение), люк механика-водителя в крыше боевого отделения выглядит абсолютно бесполезным. На башне ещё закреплены как бы «тигровые» запасные траки.
Странный эффект: в «Спасении рядового Райана» в Тигров были закамуфлированы две обыкновенные «тридцатьчетвёрки», однако впечатление они производили гораздо более внушительное.Как бы то ни было, точная копия Тигра всё же добралась до музея «Мосфильма»:
Будем надеяться, что она ещё выступит в каком-нибудь хорошем фильме про войну.
Позабавило поведение экипажа якобы модернизированного Т-34-85. Командир на месте механика-водителя — в реальной жизни редкой бредовости решение. Увы, мехвод «тридцатьчетвёрки» при закрытом люке поле боя видеть не способен: его смотровые приборы едва позволяют наблюдать происходящее перед танком. Именно поэтому при первой возможности люк открывался.
1) Радийный БТ-5 «рассказывает» Найдёнову, что погиб от Пантеры. 2) Т-34 1942 года с потрясающей воображение гигантской круглой дырой в лобовом листе «общается» с Найдёновым.
Однако в кино, вслед за литературным источником, Найдёнов наделён сверхъестественными способностями; допустим, что круговой обзор ему не нужен. Однако командир из него — всё-таки говно. Мы видим, как наводчик в поисках врага с лёгким скрипом крутит башней влево-вправо… В то время как в Т-34-85 для наблюдения за полем боя имеется командирская башенка с обеспечивающими круговой обзор неподвижными смотровыми приборам и одним вращающимся в крышке командирского люка. Только нет за спиной наводчика указывающего цели командира, вот и приходится тому кинематографично крутить башней, пытаясь охватить взглядом поле то в окуляр прицела, то в свой перископчик.
В фильме много забавных (с высоты прошедших семидесяти лет) деталей.
«Мы, танкисты, перед боем не пьём — нельзя», — строго заявляет наводчик сержант Крюк, и тут же противоречит себе: «Сколько ребят по пьянке сгорело!». И даже опровергает себя же, продолжая спотыкающимся языком: «Но Бердыев — ничего, ему можно, он башнёр и пьяница».
1) Весь секас, который оставлен в фильме ёбарю-террористу, мародёру и насильнику Крюку. 2) Заряжающий Бердыев бухает гораздо больше, чем Крюк сношается. Пожалуй, из всех героев он ближе всего к литературной первооснове. Здесь у него в руках две фляги шнапса.
Непонятно пристрастие офицеров, включая Федотова, к немецкому пистолету-пулемёту МР-38/40 (который у нас традиционно и неправильно называют «Шмайссером»). Это элементарно непрактично (патронов и магазинов ко вражескому оружию никто со склада не выдаст), не говоря уже про «не положено».
Позабавил момент (примерно 00:36), когда собиравшийся сфотографировать Тигра Федотов не справился с предположительно позолоченной (!) Лейкой и свирепо отшвырнул её в сторону.
Кстати, хоть и коряво, но в фильме раскрыта тема штрафбатов.
По последним кадрам понятно, что ставший полковником майор Федотов (который в начале фильма является «заместителем начальника контрразведки армии») в штрафбате со времени Курской битвы побывал, причём, возможно, что и не раз.
Это отлично видно по наградам полковника Федотова. Вообще, с его наградами история весьма загадочна: в начале фильма майор Федотов носит орден Красной звезды и медаль «За боевые заслуги».
1) Майор Федотов (справа). У него орден Красной звезды и медаль «За боевые заслуги» на «старой» (до 1943) колодке. 2) М-р Федотов протерял гвардейский знак. 3) Он же, снова найдя гвардейский знак и получив медаль «За оборону Москвы», представляет генерал-полковнику Михаилу Ефремовичу Смирнову супергероев экипаж.
На 22-й минуте фильма на груди Федотова появляется медаль «За оборону Москвы», учреждённая 1 мая 1944 года. При этом на 50-й минуте её снова нет. Однако к концу фильма (01:31) слева (! — не по уставу) от «Заслуг» появляются «За оборону Сталинграда», «За оборону Москвы» и две самые загадочные награды: медаль «За отвагу» и орден Славы I степени. Сразу вопросы: где мог ухитриться майор-контрразведчик навоевать на «Отвагу» и тем более на «Славу»? Кстати, если есть «Слава» первой степени, обязательно должны быть вторая и третья. И носить надо было все награды сразу, хотя, с точки зрения формальной логики, «Слава» второй степени автоматически подразумевала наличие третьей степени, а первой — обеих предыдущих. Впрочем, с солдатскими «Егориями» была та же история.
«За отвагу» — медаль боевая, её надо было именно завоевать. Ей награждали за личное мужество в бою. Формально она не была «солдатской», но старшие офицеры ей практически не награждались — ибо редко проявляли личное мужество в открытом бою, что вполне логично: командир полка воюет батальонами, а не винтовкой, штыком и лопаткой, не говоря уже о начальниках дивизионного звена и выше.
Орден Славы же был «солдатским» по самому своему статуту; из офицерского состава его могли получить только лётчики — младшие лейтенанты. И… красноармейцы переменного состава штрафных батальонов.
Майор Федотов внезапно и быстро стал полковником и обрёл фантастический иконостас на груди.
Получается, что Федотов — весьма многогранный контрразведчик, и его боевой путь, пожалуй, проследить на экране было бы куда интереснее, нежели уныло-предсказуемую борьбу перерожденца Найдёнова со сверхъестественным Тигром.
Награды, кстати, навешены на грудь Федотова как справа, так и слева в художественном, но неуставном беспорядке. Удивительно: насколько местами тщательно проработаны макеты техники, и насколько халтурно проведена работа с военной формой одного из главных героев.