Руслан Байрамов: семь первых впечатлений
Руслан Байрамов - создатель «Этномира», музея под открытым небом с четко выраженной концепцией, продуманной стратегией развития и эффективной бизнес-моделью
«Человек-легенда», «мечтатель, воссоздающий уникальное пространство в чистом поле» — о Руслане Байрамове я слышала это еще до того, как «Этномир» приобрел конкретные очертания с четко выраженной концепцией, продуманной стратегией развития и эффективной бизнес-моделью. Зная, что Руслан — бизнесмен, деятель, я с первых откликов о нем поняла, что в результате все именно так и будет, — надо просто подождать. Ведь у истоков лучших свершений человечества всегда стояли мечты.
Сейчас «Этномир» набирает обороты по всем направлениям — и как бизнес, и как бесконечный кипучий творческий процесс, рождающий всё новые и новые идеи. Мне удалось познакомиться с Русланом Байрамовым и взять у него интервью. Делюсь с вами своими впечатлениями…
Впечатление первое: вулкан
С появлением Руслана Фаталиевича сразу ощущаешь мощный поток энергии — немного жесткой, кипучей, но вместе с тем комфортной, чистой.
Руслан Фаталиевич, расскажите, пожалуйста, об истории рождения идеи «Этномира».
Все началось с моего детства. Я — дитя двух культур: родился в селе староверов, мои родителя были учителями русского языка и литературы. Мама — русская, отец — азербайджанец. И так получилось, что я с детства интересовался географией и в школе быстро выучил наизусть почти все страны и их столицы. Дальше — первое образование, потом второе — МГУ, теория государства и права, стратегический менеджмент. А еще в последние годы Советского Союза, в армии мне, девятнадцатилетнему, попали в руки книги по йоге и философии. Очень большое влияние на меня оказал журнал «Наука и религия» — особенно с учетом того, что я был атеистом, воспитанным в советское время. Так что желание сделать что-то хорошее, что могло бы соединять духовный и материальный миры, зрело во мне долго. А вот форма в виде этнических жилищ, в виде презентации культур начала формироваться и кристаллизоваться лет десять назад. Как-то в июле я поехал к другу на Иссык-Куль и переночевал в юрте. Меня за проведенные там две-три ночи, можно сказать, «торкнуло». Это универсальное сооружение, в котором кочевники жили тысячи лет. Я вспомнил свои образы из детства и юности: другие кочевья с родственниками со стороны отца в горах летом (зимой они спускались на равнины). А еще русские избы, баню «по-черному» — жизнь, которой жили мои предки по материнской линии. В итоге мы привезли юрту в Москву как раз десять лет назад и поставили здесь, у торгового центра «Трамплин». Она вызвала всплеск эмоций, и прежде всего у азиатов: они выходят из метро, и на лицах киргизов, казахов мы видели всё — от умиления до шока. Юрта простояла месяца два; потом мы поставили избушку, которая дала гигантскую обратную связь: мужчины начинали говорить о срубах, бабушки — плакать и вспоминать детство и так далее. А мы поняли, что апелляция к сельским и архетипическим корням правильная. В 2005 году мы создали международный фонд «Диалог культур — Единый мир» и стали искать землю под этнические жилища. В процессе поиска начала обретать стройную концепцию и идея «Этномира» — идея воссоздания образа жизни людей из самых разных точек планеты, их архитектуры, быта, традиций, ремесел. Мы поняли, что нужна цельная картина мира, и купили землю в Калужской области. Затем привезли первые 10 юрт, презентовали проект местным властям и получили их поддержку. Дело пошло шаг за шагом…
Манера общаться — одна из самых ярких характеристик человека. Руслан — открытый собеседник: говорит легко, просто, искренно, понятным языком, не подбирая слов специально, — так, как чувствует.
Какие события вы отнесли бы к значимым этапам развития «Этномира»?
В моей философии существует такое понятие, как «точка невозврата» — для «этномирян», для Калужской области, для страны или лично для меня. Одной из первых «точек невозврата», конечно же, была покупка земли. Где-то через год министр экономического развития Калужской области Николай Викторович Любимов нас очень сильно поддержал с концепцией рекреационного культурно-образовательного центра — это, можно сказать, была вторая подобная «точка». Тогда же и власти Калужской области нас не просто поддержали, но и всячески помогли с продвижением проекта. Дальше наступил 2009 год, принявший эстафету у кризисного 2008 го. Люди тогда больше думали о том, как выживать, — а мы готовились к очередной нашей Масленице, падали с ног, чтобы она получилась самой лучшей. И к нам приехало три тысячи человек. Так и случилась третья «точка невозврата» — когда нас приняли не только власти, но и народ Калужской области. Признание федеральными властями произошло, наверное, года два назад. Сейчас мы работаем с министерствами и с федеральными агентствами. Важной вехой стал и 2014 год, когда мы стали востребованы и в других регионах России. К нам приезжают коллеги, гости, министры экономического развития, министры туризма и культуры, иногда даже губернаторы других областей за опытом. А сейчас я надеюсь, что за пять лет мы создадим «точку невозврата» для всего земного шара.
В диалоге с Русланом почти не нужны вопросы — он просто чувствует собеседника и говорит именно о том, о чем нужно, и именно таким языком, который будет абсолютно понятен человеку в рамках его жизненного опыта и философии.
К каким объектам сейчас приковано основное внимание команды и что в перспективе?
Запустили Гималайский дом, в котором у нас жилые площади, продуктовый магазин, аптека и выставочные залы. Закончили конгресс-холл в павильоне Центральной и Южной Азии. Заложили первый камень в строительство павильона «Китай, Корея, Япония», в котором откроем залы для занятий спортом и медицинский центр. В павильоне Австралии и Океании будут школа и детский сад. Если все пойдет нормально в стране и вокруг, мы хотим достроить «Улицу Мира» к 2018 году. Она будет выражать, наверное, процентов 80 сути всей идеи. Если говорить про этнодворы, то к 2020 году планируем показать еще 10 стран. Хотя даже уже существующая инфраструктура настолько масштабна, что людям нужно приезжать в «Этномир» не один раз, — у многих не хватает внутренней концентрации, чтобы воспринять существующие объемы информации. Даже про «Улицу Мира» мы с юмором говорим, что у человека, доходящего до купола, уже происходит «сбой по матрице», — поэтому людям надо воспринимать «Этномир» поэтапно, эволюционно. За судьбу начатого в нынешнем году очень красивого проекта этнодвора Германии я спокоен, ведь заложить фундамент — это, по сути, заложить неизбежность реализации. Скоро начинаем строить. А по ходу дела дорабатываем внутреннюю концепцию интерьеров и алгоритмы будущих процессов, всю «Улицу Мира» в целом…
В некоторых из нас есть такое замечательное качество, как способность оставаться детьми в любом возрасте. Я бесконечно ценю это в людях. А Руслан очень похож на задорного мальчишку, окрыленного своей мечтой. Очень органично этот образ дополняют кудрявые волосы и большие карие глаза. Только этот мальчишка точно знает, как именно должна быть реализована его мечта…
А где сейчас бывают ваши мысли чаще всего?
Внутри себя я сейчас «проживаю» Африку, Латинскую Америку. Года два назад «проживал» Южную Азию, Восточную Азию. И то, что сейчас в моей голове, в моем сердце, люди увидят, наверное, лет через пять. Увидят, когда это пройдет через архитекторов и строителей, и, возможно, оно несколько будет отличаться от моих сегодняшних представлений. Но, в общем, я и не претендую на монополию, потому что хочу, чтобы соучастников у меня было как можно больше. «Этномир» принадлежит всем, у каждого он свой, что особенно интересно. Часто мы намеренно не договариваем некоторые нюансы, начиная от подписей на табличках и заканчивая деталями интерьера, оставляя человеку возможность своего прочтения. Каждый считывает на уровне сердца и своих знаний ровно то, что ему нужно. Кто-то спокойно гуляет по «Улице Мира»; кто-то обязательно заходит внутрь; а кто-то нейтрально проходит по «Улице Мира», но его очень правильно так, позитивно, «цепляют» этнодворы, потому что он понимает знакомые образы. Где-то человек может зависнуть очень надолго. Например, в этом году мы закончили наш пятилетний труд и вывесили на фасады 7 го и 9 го павильонов орнаменты народов мира — внутри и снаружи. Только по ним могут составить целую экскурсию. И таких «самораспаковывающихся» «точек сборки» в «Этномире» огромное количество.
Как в вашем понимании соотносятся мечты и реальность?
Мечтаем мы всегда. Я где-то лет десять назад понял, что если долго мечтаешь и не «заземляешь» мечту, то она может уйти от тебя. Мечта или идея обязательно должны «заземлиться» в виде какого-то конкретного проекта, начать жить в реальности. Поэтому и мечтаю, и цели ставлю и реализую их. Здесь нет абсолютно никакого разделения или конфликта. Это не хобби — это миссия…
Да, это жизнь. «Мечта, цель, жизнь» — эти три слова стали слоганом команды, которая создает «Этномир». Мечтаешь, ставишь цели, а потом живешь этим.