Лоуренс Аравийский после аравии

Лоуренс был не первым на своем поприще и далеко не единственным - достаточно перечитать "Кима" Киплинга (который так же, как и Лоуренс, был тесно связан с британской разведкой) и вспомнить о том, сколько офицеров британской и русской разведок действовали в Персии и на территории курдов, убеждая тамошние племена не принимать активного участия в войне. Небывалая популярность Лоуренса Аравийского и его книг в послевоенной Англии связана с тем, что описанное там - шейхи, бедуины, караваны и взятие городов - ничуть не напоминало суровые будни фронта во Франции: грязные окопы, газы и бесплодные атаки с повисшими на колючей проволоке ранеными. Но за эту популярность Лоуренс заплатил высокую цену - он совершил то, на что офицер разведки не имеет права: сделал свои акции достоянием общественности сразу же после их завершения (а не через полвека как, например, генерал Судоплатов).

Изучая деятельность Лоуренса Аравийского не следует забывать, что все, что мы о нем знаем, почерпнуто либо из его книг, либо из книг и фильма о нем, которые, в свою очередь, основаны на его мемуарах. Таким образом, наши представления об этом человеке - продукт того, что он сам хотел о себе сказать. Но подробное изучение арабского восстания дает несколько иную картину, чем "Семь столпов мудрости". Во-первых, неверно мнение, что англичане обманули арабов после войны: единого арабского народа тогда не было, и те вожди, которые активно действовали на стороне англичан, были вознаграждены - ибн Сауд получил возможность создать обширное королевство вместо разрозненных княжеств Аравии, а Фейсал также стал королем, хоть и не там, где планировал; те же, кто действовал менее активно, просто сменили турецкую власть на британскую или французскую, и никакой несправедливости в этом нет. Во-вторых, действия арабов не стали единственной причиной поражения турок на Ближнем Востоке: участвовавший в тех боях на стороне турецкой армии немецкий офицер (а позже - канцлер Германии) Франц фон Папен писал в своих мемуарах: "Значительно больших успехов (чем в Палестине. - Прим. авт.) мы добились в операциях против мятежных арабских племен, которыми руководил Лоуренс: Подвиги Лоуренса имели весьма ограниченное военное значение". К тому же, приписывая Лоуренсу решающую роль в тех событиях, исследователи не отвечают на вопрос: а что же тогда делала в тех краях армия генерала Алленби (7 пехотных дивизий и конный корпус)? Лоуренс занимался сковыванием турецкой дивизии в Медине (а турецкое командование и так не возлагало на нее больших надежд) и диверсиями на железной дороге Амман-Медина, но эти места не имели большого значения - судьба региона решалась в Палестине, где сошлись армии Алленби и фон дер Гольца, а к этому театру военных действий Лоуренс имел весьма опосредованное отношение.

После окончания войны Лоуренс сел за мемуары - "Семь столпов мудрости", где описывал арабское восстание. Но по пути в Оксфорд рукопись и военный дневник Лоуренса были украдены. Существует версия, что это было сделано по распоряжению британского руководства, которое не хотело немедленного оглашения своих действий на Ближнем Востоке. Но Лоуренс не внял предупреждению и по памяти восстановил книгу, которая была опубликована в 1922 году.

Министр колоний Уинстон Черчилль уговорил Лоуренса занять в его министерстве должность эксперта. Но эта работа наскучила Лоуренсу, и в 1922 г. он вступил в ряды Королевских Военно-воздушных сил под именем Джона Росса. После того как одна лондонская газета раскрыла его псевдоним, он уволился из авиации и в марте 1923 г. стал рядовым королевского танкового корпуса под именем Т. Г. Шоу, а в 1925 г. снова вернулся в ВВС, на сей раз как летчик Т. Г. Шоу. Это странное поведение героя войны в пустыне многие биографы склонны объяснять тем, что после окончания войны он не знал, куда приложить свою энергию, и хватался за что попало, но на мой взгляд, все несколько сложнее - он в эти годы осваивал танки и авиацию, т.е. новые высокотехнологичные виды оружия, появившиеся в ходе недавно закончившейся войны, и, видимо, полагал, что они могут быть полезны руководимым им партизанам в новой войне, так же, как освоенное им ранее минно-взрывное дело помогло одержать победу над турками. Эти настроения были тогда достаточно распространены в Англии, и Д. Фуллер писал в своей книге "Операции механизированных сил": "В настоящее время каждый водитель машины является потенциально моторизованным партизаном". Не исключено также, что он, будучи человеком крайне заботившимся о саморекламе, просто решил воспользоваться авиацией как модным увлечением того времени (так же, как лет на 40 позже записался бы в отряд подготовки космонавтов, а в наши дни поступил бы научным сотрудником в Институт исследования нанотехнологий).

К тому времени у Великобритании появился новый враг - СССР, поэтому не удивительно, что Лоуренс вскоре появился у границ Советского Союза и именно там, где обстановка наиболее соответствовала его специализации: в Центральной Азии. В июле 1927 г. его направили в Индию - сам он объяснял перевод тем, что хочет быть подальше от Англии, когда там выйдет второе издание его книги. В 1928 г. Лоуренс-Шоу прибывает в 20-ю воздушную эскадрилью в Пешаваре, на границе с Афганистаном, где в то время правил эмир Амманула-хан, который провозгласил независимость своей страны, выиграл войну с Великобританией, заключил с Советским Союзом договор о дружбе, отменил рабство, запретил покупку жен и ранние браки. Обосновавшись на индийско-афганской границе под именем Пир-Карам-шаха, Лоуренс начал подкупать местных мулл и "полевых командиров", поднимая их на борьбу против Амманулы-хана. Со временем он вступил в контакт с бывшим командиром взвода гвардии эмира Бачаи-Сакао, обещая ему трон, если Бачаи-Сакао свергнет эмира. В ноябре 1928 г. стараниями Лоуренса началось полномасштабное восстание, а в январе 1929 г. восставшие взяли Кабул и свергли Амманулу-хана, а Бачаи-Сакао объявил себя эмиром Хабибуллой. А вскоре началось то, ради чего Лоуренс пересек полмира - под покровительством Бачаи-Сакао до 20 000 басмачей из северных районов Афганистана начали налеты на советские среднеазиатские республики. После этого, в феврале 1929 г., Лоуренс вернулся в Англию. Казалось, все вернулось к ситуации XIX века - Афганистаном правит антироссийски настроенная британская марионетка. Но советское руководство такое положение вещей не устраивало, и весной 1929 г. в Афганистан вошли до 1000 красноармейцев в афганской форме под командованием советского военного атташе в Афганистане Виталия Примакова, чтобы восстановить эмира на престоле (стоит отметить, что Сталин четко разделял абстрактную теорию марксизма и жизненные интересы страны, пренебрегая в случае необходимости первым ради второго - в отличие от современного российского руководства, которое, парализованное заклинаниями о демократии, безучастно смотрит на череду проамериканских "цветных революций" у своих границ). Советские войска взяли Мазари-Шариф, Балх, Ташкурган, но афганские сторонники Амануллы-хана были разбиты, сам он бежал за границу, поэтому отряду Примакова пришлось вернуться в СССР. Впрочем, правление Бачаи Сакао длилось всего 9 месяцев - пуштуны не смирились с чужаком-таджиком на троне и свергли его. Эмиром стал Надир-шах, сделавший шариат основой афганского законодательства и учредивший Министерство контроля - Уазират аль-ихтисаб, ревностно боровшееся с употреблением запрещенных продуктов и алкоголя.

Итак, начатое Лоуренсом дело не увенчалось успехом, но на этот раз история не оставила свидетельств, что он принял близко к сердцу неудачу своих подопечных, поэтому и уверения в ссоре с правящими кругами Британии из-за результатов Первой мировой, на мой взгляд, лишены оснований.

Вернувшись в Англию, Лоуренс продолжил службу в ВВС, участвовал в разработке скоростных катеров, работал над переводом Гомера в прозе, завязал знакомство с лидером английских фашистов Освальдом Мосли, но прежде чем с ним через Мосли установили контакты представители нацистской Германии, Лоуренс Аравийский при невыясненных обстоятельствах погиб в автокатастрофе. Так закончилась жизнь самого разрекламированного, но не самого результативного диверсанта ХХ века.